Кавалер умученных Жизелей (сборник)

 —

– Тебе отдать, или кому в агентстве? —

– В агентство, а я там предупрежу. —

За разговором они всё-таки поели,

Всё вкусно, и, не важно было, что.

Несли уже мороженое, кофе.

– А ты испанский знаешь, как я понял? —

Арсений неожиданно спросил.

– В Сан-Паулу (ты думаешь, что шутка?)

И вправду есть Натальина родня. —

– Сан-Паулу…. Копакабана в Рио….

Там все по-португальски говорят.

А вы что, собираетесь к родне?

И нужен вам хороший переводчик?

Но я, увы, не знаю португальский.

– Какая разница – испанский, португальский.

В Бразилии ты сможешь говорить? —

– Я и в Китае ни за что не потеряюсь.

Причем же тут Натальина родня? —

Арсений почесал свою небритость,

Задумчиво на спутницу взглянул.

Потом он перешел к повествованью:

– Ты помнишь, как Наталья говорила,

Что дед её в Сан-Пауло живет?

Конечно – жил, и это, точно, правда.

А где-то, сотню тому назад,

Он был градоначальник в Петербурге.

Когда наворотили жутких дел,

И белые отстреливали красных.

В истории, простите, не силен.

И Саша Балк в те годы смутных лет,

Был в должности и при деньгах немалых.

Но…, все засуетились убегать.

И он, как все, пошлялся по Европам,

И в Рио-де-Жанейро прикатил.

В Сан-Пауло, прости, на самом деле.

Наталья всех подробностей не знает,

А я тем более, с её туманных слов.

Но предки её письма получали. —

– Так дедушка уже должно быть умер?

– Конечно.

Так вспомнил наши русские березки,

И как мальчонкой с гувернером он гулял.

Тогда в России стал искать своих потомков.

Конечно, он не дед, а деда дед,

Считай, по отношению к Наталье.

Так этот вот бразильский Александр

Прислал письмо Натальиному деду.

Что он оставит русской ветви рода Балков

Часть ценностей, что он тогда забрал.

А это, может, бешеные деньги,

Тем более – такая старина. —

– А там живут сплошные идиоты

И только ждут, когда приедешь ты,

Чтоб ценности забрать и прикарманить.

Ты думаешь своею головой? —

Арсений был в волнении: – Послушай.

В окрестностях Сан-Паулу есть дом.

Наталья – обладатель фотографий.

Старинный, каменный, прилично сохранился.

И Александр этот исхитрился

С оказией доверенных людей,

Ведь как-никак был белым генералом,

Прислать письмо, и с ним конкретный план,

Где спрячет драгоценности он в доме.