Сова и хлеб

В общем, я сидел дома за романом о завоевании Мексики и не имел ни малейшего желания усаживаться за семейный стол с традиционным гусем, или идти в церковь, или играть в шарады или любой другой бред в том же роде, когда ко мне без предупреждения заявился Рамзи. Точнее говоря, он просто возник на пороге гостиной, легко обогнав служанку.

– Доброе утро, Картрайт, – радостно сказал он, упав в кресло без приглашения и чиркнув спичкой, – может быть, хватит хандрить? Развеемся?

– Я очень рад тебя видеть, но откуда тебе известен мой адрес?

– Да ты что, Картрайт, – он озадаченно нахмурился, – а кто, по-твоему, отвозил тебя домой пару дней назад?

– Хорошо.

– Стареешь, Картрайт, – Рамзи со вкусом затянулся и вытянул ноги к самой каминной решетке, – пару лет назад ты бы на лекцию после такого отправился.

Больше всего мне хотелось послать его к черту и читать об ацтеках дальше, желательно до весны или минимум до первого дня Рождества, когда можно будет прогуляться к Бёрчу за птицей, но воспитание не позволяло.

– Бренди?

– Не откажусь.

Получив стакан, он внезапно стал серьезным.

– На самом деле я очень рад, что с тобой все в порядке.

– Рамзи, – кажется, я закатил глаза, – что со мной могло случиться, кроме похмелья? Да и от него никто еще не умирал, в этом ты совершенно прав.

– Все, что угодно. Ты не был у Бёрча?

– Я же сказал, что мы договорились встретиться после Рождества!

– Тихо, тихо, – он поднял ладонь.

– Ничем, – злобно сказал я. – Еще полромана осталось. И еще пара других найдется. Должен же я наконец прочитать все давно устаревшие новинки?

– Хорошо, понял. А непосредственно на Рождество какие у тебя планы?

– Семейный вечер, само собой. Гарриет решила вспомнить, что у нее есть младший брат.

– Старушка Гарриет? – обрадовался Рамзи.

Тут я вспомнил, что у них даже, кажется, случился необременительный романчик в свое время, хотя Гарриет уже была помолвлена. И уж по крайней мере, они точно приятельствовали. Хотя познакомил их именно я, я старался поменьше проводить с ними время. После замужества она переехала в Гринвич, и их дружба или флирт прекратились сами собой, но, наверное, упоминать сестрицу сейчас было стратегически неверно.

Так и получилось.