Богоборец

– Шутки шутить!? – Капустян сгрёб Коржа. – Скотина!

От полученной колобахи, майор, чтобы не потерять равновесие, привалился к полу возле каптёрки. Разъярённый полковник вылетел в дверь, врезав, на всякий случай, подзатыльник дневальному.

Оклемавшись от Капустяновского «благодарю за службу», Орёл стал приводить в чувство Коржова:

– А жмурика товарищ полковник унёс? – спросил он, увидев, что майор начинает подавать признаки жизни. – Как рапорт писать? Я даже не понял кто и повесился-то! Фамилию-то какую указывать? Может, это и не наш вовсе боец, а приблудный какой?

– Ну-ка слезь с меня! – майор поднялся.

– Как можно, товарищ майор? – удивился прапор. – Я, по вашему приказу, даже дверь не открывал! Да и боюсь я этих покойников, а вы говорите: «снял»!

Коржик осмотрел сушилку: спрятаться было негде – голый пол, батареи на стенах, зарешёченное окно и труба под потолком.

– Ты, сволочь, его снял! – опять наехал на прапора Коржов.

– Да что вы заладили: снял, да снял! – рассердился Орлов. – Дневальный! Капустян, что ли, жмура унёс?

– Никак нет! – отозвался похмелённый в чужом пиру.

– Куда же он подевался? – прапор заглянул за батарею. – Я же, своими ушами слышал, как он трубу ломал!

– Мистика, какая-то! – возмутился Коржик. – Он же вот здесь, прямо перед дверью, висел! Не привиделось же мне!? Давай, старшина, личный состав пересчитаем, – майор опять смахнул платочком пот.

Принялись считать, бродя между кроватями. Даже после пятого пересчёта все были на месте. Пересчитали первый этаж – тоже самое.

Неожиданную, для себя, смётку проявил Орлов:

– Нужно скомандовать «подъём», товарищ майор! Висельник-то не встанет, останется лежать. Тут мы его и повяжем!

– Тебя послушать – с ума сойдёшь! – уязвил Орла Коржик. – Если он, получается, до кровати добрался, то хрен ли ему и при подъёме не встать?

– Ну и пусть встанет! – у Орла оказался на редкость изощрённый ум.

По команде все построились повзводно, недовольно щурясь от света.

– Сержантам: проверить наличие личного состава! – скомандовал майор, расхаживая перед строем, скромно прикрывая платочком опухающую скулу.

Прапорщик бросился осматривать двуярусные кровати:

– Есть покойничек! – радостно возвестил он через минуту из дальнего угла.