НЕВЫШЕНОЛЯ

Пока мы парочками бродили по аллеям, бродившее в нас зелье развязывало языки, уменьшая количество запретных тем для разговора. Не всегда говорить помогает думать, но иногда этого и не требуется.

– Давай поцелуемся! – маленькая моя Марина повисла на мне и нас качнуло на отдыхающих.

– Слушай, – спросил я чуть погодя, – А чего ты во мне нашла? Я ж старый для тебя…

– Не, ты – прикольный. А потом, с тобой интересно. У малолеток – одно на уме. А с тобой поговорить можно. И никакой ты не старый.

– Ну не знаю.

 – мы сели на скамейку. – Как-то всё у нас легко и быстро получается.

– А почему всё должно быть тяжело и долго?! Всё должно быть легко и просто. И радостно! Мне не интересно, что будет завтра. Может – ничего. Я сегодня живу. С тобой вот сейчас. С тобой хорошо – ты умный. Но ты много думаешь. Это – вредно.

– Ага, – ухмыльнулся я. – Всё горе – от ума! И от книг. Многие знания во многие печали…

– Слушай, Кэмел, не грузи! – Маринка вскочила и потащила меня за Магой с Катей.

Мы наконец-то дошли до аттракционов. Сумасшедшие скорости, вращения и женские визги окончательно перевернули наши мозги. Вода фонтана Дружбы народов чуть остудила нас, но Мага потребовал продолжения банкета. И опять была водка и шампанское. И опять мы куда-то шли и о чём-то говорили. И потом мы лежали с Магой на скамейках, голова к голове, а две наездницы скакали на нас, под сенью павильона крупного рогатого скота. День удался.

В одну из смен Мага сообщил мне, что нас ждут в гости к Катиной маме.

У неё есть друг, а у него в субботу днюха. Ну и Катя с Мариной там, естественно, будут. Сказано – сделано. И после смены мы были там.

Теперь, оглядываясь назад, я не склонен винить судьбу во всех перипетиях, обрушивающихся на мою голову. Хотя во многих случаях сознание моё как бы выключалось и дальше я действовал на автопилоте. Мною управлял кто-то другой, а я только наблюдал со стороны и удивлялся тому, что делаю. Теперь мне не удивительно то, что немцы обожали Гитлера, русские рабочие воевали с русскими крестьянами, а Калигула делал с Римом, всё что хотел и в разных позах.

Дело не в том, что говорят вожди. Дело в том, как они воздействуют на людей. Не слова, а образы заставляют поверить и идти за человеком. Не магия нейролингвистики, а гипнотическое создание в твоей голове нужной картинки управляет твоим сознанием. Собака Павлова forever!

Друг мамы был старше меня лет на десять. Вёл он себя деликатно и интеллигентно.