Благие намерения

Ворон же был попроще, зато мобильнее, летал, где хотел, вел активную личную жизнь, много путешествовал и вообще всячески развлекался, и на глубокомыслие у него не хватало ни времени, ни усидчивости.

– Тоже мне, нашел мальчика на побегушках, – обидчиво заворчал Ворон, подбираясь и готовясь взлетать. – А может, я против? Может, мне другое интересно? Я, может, середину двадцатого века люблю, а ты меня в какую-то тмутаракань загоняешь.

– Ну и далась тебе эта середина двадцатого! – Камень даже не пытался скрыть раздражение.

Ворон от возмущения аж подпрыгнул и чуть было не поскользнулся.

– Да что ты понимаешь, старая развалина! Середина двадцатого – это личности такого масштаба, что другим эпохам и не снилось! Сталин, Броз Тито, Кастро, Че Гевара, генерал де Голль – и все одновременно! Где ты еще такое найдешь? И потом, туда ходить удобно, там дырища – во! – Он широко взмахнул крыльями, чтобы наглядно продемонстрировать Камню размер прохода, и все-таки не удержал равновесия на скользкой поверхности, вынужденно взлетел и уселся на нижней ветке дерева, стоящего рядом.

– Не торгуйся, лети давай куда сказано. Если повезет, может, вернешься в свои любимые пятидесятые, ты же знаешь, я истории люблю с самого начала смотреть.

Ворон улетел искать героев, а Камень уже погрузился было в привычную дрему, когда почувствовал легкое щекочущее прикосновение где-то в самом низу, с левой стороны.

– Ты, что ли? – радостно встрепенулся Камень.

– Ну а кто же? – последовал едва слышный ответ. – Как дела?

– Нормально. Ты надолго в наши края?

– Собираюсь надолго, а там как получится.

– Это хорошо, – обрадовался Камень. – А то мы тут новый сериал затеваем, так я без тебя как без рук.

– Я по тебе тоже, – донесся снизу вздох. – Вот ведь дожили, а? Живем целую вечность, а прячемся от твоей Трясогузки, как пацаны нашкодившие. Да я все понимаю, тебе с Каркушей твоим ссориться нельзя, он – твои глаза и уши, окно в мир, можно сказать. Мне-то что, я ползаю где хочу, если что не по мне – мышцу напряг и свалил, а тебе тут лежать и лежать, бедолаге.

Когда-то они дружили втроем – Ворон, Камень и Змей.