Увидеть море

На мой короткостриженный череп представители богемы смотрели с недоверием. Не спасала даже куртка финского рыбака. Но после того как я заказал на стол пару бутылок водки и пару кувшинов пива, недоверие сменилось признанием.

– Ой-вэй! – хотелось крикнуть мне, но я не был уверен в уместности и происхождении лозунга, поэтому только кивал и улыбался.

Через пару-тройку часов обсуждений музыки, живописи и литературы, а также хоровода сменяющихся на столе бутылок, зловещие рокеры начали солидно покачиваться под бодрячок из «Русского Радио», а я обнаружил себя целующимся с миловидной красноволосой девушкой в черной кожаной куртке.

Остальной вечер остался в памяти отрывками.

Вот Андрюха демонстрирует свою страсть к альпинизму и, раскинув руки, идёт по сколькому от дождя карнизу на высоте восьми этажей.

Вот я демонстрирую боязнь высоты и ползу за ним и красноволосой девушкой по карнизу на четвереньках, стараясь не смотреть вниз и не пролить водку

Вот я танцую с двумя девушками на дискотеке факультета французского языка под песню Таниты Тикарам, а какой-то бледный молодой человек пытается выколоть мне глаза немытыми пальцами.

Вот я бросаю молодого человека в пианино, и охрана выкидывает нас на улицу.

Окончание вечера я запомнил отлично. Долго шатаясь по кривым улочкам ночного Пятигорска, мы с Андрюхой оказались у какого-то увеселительного заведения с неоновой надписью «Кафе-бар «Единорог» над дверью.

– Глоточек виски, сэр? – пафосным жестом я пригласил его внутрь. – Я угощаю

– Нет, – староста группы выставил в небо бледный перст. – Только водка!

С этими словами, распахнув ногой хлипкую дверь, мы провалились в бездонное чрево сомнительного заведения.

В баре было темно и лишь на дансполе несколько ядовитого цвета лучей освещало группу подвыпивших девушек, колыхающихся под рёв техно. Трогательности зрелищу добавляло полнейшее отсутствие мужских тел.

Очарованные увиденным, мы ринулись навстречу музыке, чувствуя себя обязанными продемонстрировать настоящее танцевальное кунг-фу финских рыбаков. Девушки с любопытством образовали круг, уступив место в свете софитов, и польщённые мы принялись дружелюбно отплясывать в меру своей испорченности.

Я не мог насладиться великолепием своего танца со стороны, но точно помню, что Андрюха был неотразим.