Сантехния

Начать с того, что после двухмесячного отпуска появилась Вера Михайловна, которая, будучи тёткой доброй, своей беспрестанной болтовнёй достала всех нас если и не совершенно, то почти что. Более же всего она припекла Бриллиантового, который ажно сбежал за больничный забор и отправился в окрестности шмоньки[6 - Мореходное училище.], которую когда-то оканчивал, и там на берегу залива предавался, будучи под влиянием стопки, ностальгическим воспоминаниям.

Во второй половине дня с Андреичем собирали на территории шампиньоны и нашли три; потом вновь материализовался Бриллиантовый, а следом за ним и Учтивый, которого первый послал за пузырём.

Пузырь они долго и вдумчиво распивали, в то время как Андреич мылся и принимал стопку в своём кабинете. Вечером ко мне пришёл сам Эгершельд; к тому времени Бриллиантовый ушёл домой, а Учтивый отправился к знакомым девкам в приёмный покой. Он явился допивать водку уже в двенадцатом часу. Ламивитный на сей раз пришёл меня менять заблаговременно и повинился, что пробухал 120 рублей, кои был мне должен.

24 июня. Вахта прошла вполне спокойно, если не считать важной халтуры, за которую я впрочем. не получил ни гроша. Утром Ламивитный пришёл ни свет, ни заря и поведал мне, что, оказывается, позавчера тут гремела бурная пьянка, осуществлявшаяся блоком Бриллиантовый – Учтивый – Ламивитный, причём Ламивитный куда-то свалил, и в каптёрке почивали только два первых господина. Откуда об этом узнал шеф – Андреич? Трудно сказать.

Наверно, дело не обошлось без Коммуниста. Передав карты в руки Ламивитному, я ушёл.

28 июня. С утра пораньше явилась кодла из пяти персон, которые взялись снимать батареи с терапевтического корпуса и мыть их. Также было всё руководство «СЭМа»[7 - Служба эксплуатации медицинских учреждений.], ну, и наши. Моих заявок было также немало. Тут было и таскание всякой дряни с места на место, и сифончики-хохотунчики, и забившийся слив в Гинекологии, и подключение трёх раковин в Неврологии, и много чего ещё, в том числе сломавшийся бачок в клизменной на Гнойной Хирургии.

Обед, состоявший из щей и каши с котлетами, упомянутый кагал сожрал весь. Мне перепала только миска щей и две ложки каши. Однако я очень им благодарен, что не пришлось поутру добро выбрасывать. Я едва не забыл сказать, что корейцы тоже приходили к нам обедать со своими «Дошираками», однако в связи отсутствием места им пришлось кушать на травке.