Прижизненные записки Пенсил-клуба (сборник)

Входя в состав любых инспекций,

Ее ловил он после лекций

И попадался ей, не зван,

И представлялся ей: Вован.

Сперва она его дичилась

И размышляла: «На хрена?»

Потом была покорена,

Потом с Эрастом разлучилась.

Она не знала, что Эраст

Еще на многое горазд.

А. Гуревич

Глава 5

В общем, с той поры, как Вадик

Ввёл соперника в сюжет,

Вместе с Лизой больше в садик

Не ходил гулять поэт.

С миной мрачной и угрюмой,

Одержим тяжёлой думой,

Инда плакал наш Эраст;

Слёзы жгли весенний наст.

Лились струйки по застрехам,

Мир, поплыв по лону вод,

Стал совсем как теплоход,

А Вован с победным смехом,

Как разбивший греков перс,

Деву вновь волок в свой «мерс».

И на это дело глядя,

Взбеленился вдруг Эраст.

«Нет, – подумал, – шутишь, дядя:

Мой кумир тебе не даст».

Разошёлся, как тинейджер,

Позвонил тому на пейджер,

И тотчас депешу зрит

На экране наш бандит:

«Эй, давай скорее газу,

Дядя при смерти, Вован.

Будь тверёз ты или пьян,

Срочно дуй к нему на хазу».

Надавил Вован на газ

И подумал: «Вот те раз!»

Пронят был твоим, Татьяна,

Я заданием, ma ch?re!

Думал я о форме плана

И какой избрать размер.

Я спросил об этому Музу.

«Режь, – сказала, – анакрузу

У онегинской строфы,

Дай-то Бог тебе лафы».

Я послушался совета —

Вот откуда «Дядя» тут:

Так жлобы мои зовут

Видного авторитета.

В ямбы вписанный хорей

У арапа спёр еврей.

Светлым лугом, тёмным лесом

Гнал Вован, давя педаль,

И пластались мелким бесом

Перед ним поля и даль.

Без вопроса, без каприза

Ехала с ним рядом Лиза.

Мчал бандит во весь опор —

Вдруг, глядит, пред ним «запор»,

Вставший поперёк дороги.

Тормозит Вован с трудом

И к водителю бегом:

«Делай, гад, отсюда ноги,

Ты, козёл и педераст!»

(То, конечно, был Эраст.)

Вечереет. Холодает.

Крут на трассе поворот.

Влага быстро подмерзает,

Образуя гололёд.

Жаря скользкою дорогой,

Тачка с вызванной подмогой

Бьёт Вованову лоб в лоб,

Превратясь в горящий гроб.

Появляется вторая,

И ещё пяток ребят

В рай влетают или в ад,

Участь первых разделяя.

И в отчаянье Вован

Вновь звонит в родимый стан.

Ох, недаром говорится —

Голь на выдумки хитра!

Продолжали дальше биться

Их машины до утра.

В мутном небе вьюга стонет:

Новых русских там хоронят.

Добрый Бог – точнее, чёрт —

Шлёт им траурный эскорт.