Жить за двоих

Варя рассказала сыну всё, что слышала от Арташеса и его жены о том, как они детьми чудом спаслись во время резни армян турками в 1915 году. Рассказ потряс Сергея до глубины души, тысячи «почему» мучили мальчика. Однажды он не выдержал и спросил напрямую у дяди Арташеса:

– А вы помните своего папу?

Арташес опешил от такого вопроса. Он обнял мальчика и севшим от волнения голосом ответил:

– Нет, не помню. Мне ещё не было трёх лет, когда турки убили его…

– А за что они его убили?

– Он не хотел продавать им свою землю на берегу большого озера.

– А почему не хотел?

– Потому, что это была наша земля, там родились мой дед и прадед.

– А разве за это можно убивать?

– Турки считали, что да.

– А в соседнем дворе живёт Витька-Турок. Он и в самом деле турок?

– Да.

– А зачем вы разговариваете с ним?

Дядя Арташес молчал. Серёжа поднял голову и увидел, как взрослый мужчина плачет. Сердце его сжалось от жалости и сострадания. С тех пор семья Арташеса стала для Сергея родной.

Устав ВЛКСМ друзья учили вместе. Сергей готовился и зубрил, терзаясь страшными сомнениями, – ведь четырнадцать ему исполнится только в феврале будущего года, а именно с этого возраста можно было стать комсомольцем. Своими переживаниями он ни с кем не делился и держал их в тайне. Друзья приписывали его нервозность обычному волнению. Но вопреки всем тревогам перед новогодними праздниками состоялась наконец торжественная церемония, и Серёжу, Самвела и Мишу приняли в комсомол.

Элка узнала об этом одной из первых.

– Ну и что здесь такого, подумаешь! А вот письмо ты так и не написал! – ехидно заявила она.

– Я не хочу писать, я хочу сказать.

– Так говори!

– И скажу! Я люблю тебя!

– Вот дурак! Тоже мне новость! Да об этом последняя собака знает в нашем дворе! А моя мама говорит, что ты ещё маленький!

Внутри у Серёжки всё заледенело, а потом как будто оборвалось.

– А ты – дура, и мать твоя такая же! – и побежал к себе домой.

Дома он повалился на кровать, уткнулся в подушку и разрыдался…

Сергей постоянно читал, и ему нравилось, что герои многих книг вели личные дневники.

Вечером он достал толстую тетрадь в клеточку и сделал свою первую запись: «Лучше бы я её не любил!» Дальше у него ничего не получалось. Эмоции захлёстывали Серёжу: ему было досадно, горько и обидно, что Элка так безразлична к его чувствам. Очередная мысль поговорить об этом с Самвелом, ведь они друзья, была Сергеем решительно отвергнута.