Тигровой лилии полоски

– Воистину воскрес! – легко откликалась Маша, стараясь сохранить видимость хорошего настроения, но не смогла удержаться от провокационного вопроса, – а ты что не отвечаешь? Слова забыл?

– Нет, – огрызнулся насупленный Влад, которому ситуация нравилась все меньше, – пароль я знаю. Просто не желаю участвовать в этой бутафории. Бред какой-то! Взрослый человек, а все в какие-то ритуалы играешь. Ты, что, верующая? Пост соблюдаешь, молитвы знаешь? Яйца вон накрасила, кулич купила, а зачем спрашивается, в чем тут смысл.

– Так принято, не злись, – чуть обиделась Маша, и тут же сделала новый шаг к примирению, – ой, смотри, какая церковь красивая! Посмотрим?

Но Влад наотрез отказался:

– Не-е, это без меня.

Нарезая круги вокруг небольшого голубого с серебром храма, который среди темных невзрачных построек выглядел чересчур ярким (впрочем, храм и должен притягивать взгляд своим светом), он почти избавился от раздражения. Чего, собственно говоря, разошелся?! Сам-то, крещеный еще в раннем детстве, в церковь время от времени заглядывает, не часто, конечно, но случается, если нужно свечку поставить, о здоровье родных попросить, или, наоборот, вспомнить об ушедших.

– Ну, и как там? – уже миролюбиво спросил он девушку, когда она появилась из дверей церкви, освобождая волосы от положенной в таких случаях косынки.

– Как везде, иконы, свечи, – сухо ответила Маша.

Уловив перемены в его настроении, она решила немного отыграться за подпорченный выходной.

– Ну, что, домой поедем? – спросила она чуть с вызовом.

– А шашлык? – не согласился Владислав, шутливо сложив брови домиком, – что ж мы самого вкусного, получается, лишимся?! Ради него, можно сказать, все и затевалось. Не-е, Марья, пока не накормишь, не поеду.

Вернув себе легкость в общении, а воскресному дню – ощущение праздника, он вдруг предложил Маше совместную поездку на неделю в Турцию, хотя раньше имел совсем другие планы.

Весна и люди так не постоянны в своих настроениях.

3

По дороге домой, сытые и немного уставшие, не то от свежего воздуха, не то от усилий, что пришлось затратить, чтобы уйти от конфликта, они почти не разговаривали, думая каждый о своем.

Машу больше всего беспокоили слова, что шепнула на прощание Ирина.

– Не – твой, – сказала она, – зря только время теряешь.