Капитан Морган

Неживой Шура вдруг приподнял голову, похожую сейчас на бизонью.

– И я пойду, – глянул он на женщину, и в его взгляде промелькнуло нечто большее, чем просто тоска.

– Неужели? – неодобрительно отозвался Аркадий. – Ну что ж, если для вас это проблема номер один… Только, Тань, прошу тебя, не задерживайтесь: хотя «Заря» и завтра, но мало ли…

Напялив капюшон штормовки почти на глаза, Аркадий отправился берегом к пристани, оставляя на сыром песке рифленые отпечатки подошв. По его следам бежала на тонких лапках трясогузка, и ветер временами вздыбливал ей хвост.

Над волнами метались некрупные речные чайки. Но Аркадий ничего этого не замечал, как не замечал стекающие с капюшона на щеку капли. Его занимали куда более важные вещи.

Как им уехать с их грузом? Как все организовать? Вблизи причала не поставишь палатку: там сплошная грязь, рассыпанный уголь и ржавое железо. Однако и сидеть у пристани в свернутом состоянии в такую погоду (да и сколько: день, два?) тоже немыслимо. Если бы еще теплоход ходил по четкому расписанию, но из-за туманов и штормовых волн он обычно опаздывал, а мог и вовсе не прийти.

И конечно, он не станет дожидаться, пока они свернут палатку, спальники и притащат весь груз к причалу.

«Причал» – весьма претенциозное название для кучи камней, насыпанных в воду у берега, и бревенчатого плотика, на который «Заря» вползает носом, пришвартовываясь.

…Теплоход появился с низовьев реки примерно через час. Белый фонтан за кормой опал, бегущее на цыпочках многооконное судно легло по-утиному на брюхо и подвалило уже самым обыкновенным манером.

С него сошел на берег всего один человек в сером плаще до пят и сразу куда-то исчез.

– Обратно когда? Завтра назад пойдете? – спросил Аркадий у плечистого парня в брезентовой робе, вытаскивающего на округлый нос теплохода толстый канат.

– Завтра? – рассеянно переспросил тот. – Может, и завтра. А может, и послезавтра, – равнодушно добавил он. – А то и вовсе не пойдем: пассажиров мало, невыгодно. Да и навигация заканчивается.

Вот так новость! Минуту-другую Аркадий переваривал это известие. Затем повернулся и с отчаянной решимостью зашагал на второй причал, где швартовались грузовые суда. Дождь к этому времени взял тайм-аут, дул лишь сырой, пахнущий рекой и лесом ветер.

«Эх, был бы у нас свой катер, – вспомнил Аркадий их с Татьяной фантазии, – плыли бы сейчас себе без забот, ни от кого не завися. Тем более от погоды. Кайф! Но… у нас всего лишь резиновая лодка».