Неверия. Современный роман

Зотов, раздавленный её, ничего не желал и никуда не хотел идти.

С утра он залёг на диван и предался своим грустным размышлениям. Он вспомнил, как в десятом классе, перед женским праздником, взял у матери из набора флакончик духов и решил, что подарит его в этот день Вере Капитоновой.

…Обычно перед этим праздником ребята в их классе скидывались и покупали для своих одноклассниц простенькие, непритязательные и одинаковые для всех подарки. А кто-то по собственной инициативе дарил персональные подарки некоторым девчонкам, которые казались им более симпатичными, чем остальные.

Жека поглядывал в сторону Веры, наблюдая за церемониями подношений, предназначенных ей подарков, и только крепче сжимал в кармане флакончик духов, не решаясь его подарить. Не хватило ему решимости и на переменках, и после занятий.

А сейчас, когда он вспомнил, как вчера также сжимал в кармане пальто оригинальную матрёшку, которую собирался подарить Вере, но так и не подарил, то стал себе до того противен, что почти застонал от злости… Он отправился в прихожую, где порывшись в карманах пальто, достал пачку сигарет и ту самую матрёшку, теперь такую ненавистную, как и он сам себе.

Матрёшка представляла собой краснощёкого попкаря с автоматом «Калашникова» в руках, с шапкой-ушанкой на голове и в белом полушубке с красными погонами внутренних войск.

Совсем недавно эта игрушка казалась Зотову забавной и смешной, а сейчас Жека сжимал матрёшку-попкаря жилистой рукой и был готов раздавить её, уничтожить… Но игрушка не поддавалась и Жека от отчаяния швырнул её с протяжным воплем. Она ударилась об стенку, треснула от удара и разлетелась по комнате.

Он постоял какое-то время, размышляя, а потом закурил. После перекура Жека успокоился и начал собирать разлетевшуюся на части матрёшку. Попкарь раскололся на три части, а вот все остальные матрёшки, поменьше, уцелели. Внутри краснощёкого попкаря находился тюремный охранник в чёрном полушубке с синими милицейскими погонами и со связкой ключей в руках.