Время ведьм

В Кранберри была своя конюшня, но я не представляла, что здешние любители выращивают таких прекрасных лошадей! Животные были привязаны в загоне, им было тесно и жарко, они кусали друг друга и беспокойно ржали. Мне сразу приглянулся угольно-черный жеребец с сильными длинными ногами. Он злобно косился на людей и прядал ушами. Я подошла к нему, не испытывая ни страха, ни колебаний. Я стояла рядом, едва доставая ему до холки, и нежно, успокаивающе поглаживала беспокойное животное по гладкому черному боку.

– Мари, что ты делаешь? – очень спокойно спросил мой муж. – Это необъезженный жеребец, немедленно отойди, пока он не зашиб тебя!

Зная Джона, я понимала, как он испугался за меня, таким спокойным невыразительным голосом он говорил со мной лишь однажды, когда я очнулась после пожара. Поэтому я послушно отошла в сторону, потрепав его напоследок по шее.

– Это чудесный жеребец! Джон, давай купим его! – не знаю, что заставило меня произнести эти слова, но, как только я сказала это, поняла, что хочу ездить на нем верхом, что он будет только моим и ничьим больше…

– Он не продается! – крепкий приземистый мужчина с хлыстом в руке враждебно посмотрел на меня.

– Зачем тогда вы выставили его среди лошадей на продажу? – спросил Джон. Голос его был все таким же спокойным, но я уловила нотки гнева и поспешила взять его под руку.

– Правда, Джон, я не подумала, зачем мне еще лошадь, ведь у меня есть Молли…

Но разве могла сравниться тихая гнедая кобылка с этим великолепным норовистым жеребцом! Уходя, я оглянулась, прощаясь с ним так, будто он все понимал.

– Хочешь, я куплю тебе другую лошадь? – спросил немного погодя Джон, но я лишь покачала головой. С тем жеребцом у нас возникла… связь. Как будто я понимала, как ему здесь плохо и страшно…

Мы миновали прилавки с конской упряжью, изящными уздечками и седлами, и тут нам на глаза попался щенок.

– Возьми его себе, тебе с ним не будет так одиноко в доме.

Я глянула на рыжеватый комок у него в руках и кивнула.

– Я назову его Крамб.

В той части ярмарки, куда мы попали, вовсю шло веселье.