Четверной туз

И он еще смеет утверждать, что совсем лишен романтики?

На какую-то долю секунды, мне показалось, что я готова влюбиться в него. Безрассудно, импульсивно. И лишь, крохотный маячок где-то внутри пульсировал во мне, напоминая о боли, не давая этим полностью забыться.

Резко начинаю тонуть. Мне не хватает воздуха. Трудно дышать. Тяжесть. Плен. Оковы. Я проснулась от затрудненного дыхания. Грудная клетка с усилием и резко приподнималась от посторонней тяжести, чтобы шумно вобрать себя воздух. С трудом разлепляя глаза и пытаясь разглядеть в темноте, что сдавливает грудь, я приподнялась и тяжесть на мне зашевелилась.

Я застонала и с недовольством откинула от себя его руку. Венсан безмятежно спал, уткнувшись в подушку. На лице еле проступала щетина с проседью, острый и кривой нос отчетливо выделялся на белой наволочке. Загорелая спина – ровная, мускулистая. Он явно не гостем был в спортзале, а постоянным посетителем.

Венсан стал ворочаться и я, в мгновение ока, притворилась спящей. С закрытыми глазами лежать намного удобнее, никто не упрекнёт в лишней задумчивости. Но Венсан не собирался предоставлять мне такую возможность, он уже проснулся, коротко потянулся и стащил с меня одеяло.

– Вставай, дорогая. На работу опоздаешь.

«Да и сдалась же мне эта работа», – с досадой подумала я.

Он ушел в ванную, а я, пренебрегая утренним душем, стала собираться. Скривившись от жирности головы – сделала высокий хвост, наспех застегивала блузку. Венсан так и застал меня в прихожей, возившейся с мелкими пуговицами и с косметическим карандашом в зубах.

– Эй, дорогая. Зачем так суетиться. Я тебя отвезу.

– Не надо. Мне надо срочно на работу, я забыла кое-что сделать.

– А завтрак?

– Я выпила стакан сока.

Я повернулась к нему спиной и сразу же почувствовала на своей груди его руки. Он учащенно дышал мне в шею и сильно сжал соски.

– Куда торопишься, детка? Я же сказал, что отвезу.

Попытка обернуться и испепелить его злобным взглядом не получалась. Я предчувствовала, что он захочет близости, поэтому хотела успеть смыться, пока он был в ванной. Еще вчера, прельщавший меня Венсан – сегодня вызывал омерзение.