Во имя Отечества

– Я тебя понимаю сынок, но пойми и ты меня, пехота – не выход в сложившейся ситуации, ты слышал поговорку, что артиллерия бог войны?

– Да, слышал…

– Тогда стань этим самым богом, и покажи врагу всю силу советских войск, чтобы они поняли, и навсегда запомнили, что наша Родина – никому не по зубам! А курс ваш решено ускорить, в связи с военным положением, так что потерпи сынок, повоюем еще!

Михаил вышел из кабинета полковника, но мысли в его голове все были спутаны, с одной стороны он понимал, что полковник прав, а с другой стороны, в Калуге была вся семья.

Так прошел еще почти месяц. На очередном построении командир объявил, что фашисты подходят к Москве. В этот момент курсанты ждали решения о переброске их училища на оборону Москвы, но приказа так и не поступило. На защиту столицы военное командование подтянуло подкрепление из Сибири.

2

Ближе к осени 1941-го года немецкая авиация часто наносила бомбовые удары по Москве, и с наступлением темноты такие налеты только учащались.

К середине сентября на крышах 2-й Мещанской улицы, появились две школьные подруги, Вера Белкина и Оля Стрельцова. Дома они говорили, что их задерживают на занятиях, а сами выходили на схватку с врагом и защищали родной город и любимую улицу, от тех самых «зажигалок», сбрасывая их с крыши вниз, чтобы предотвратить пожар:

– Вер, у меня брат сегодня ушел на фронт, теперь мы с мамой остались вдвоем, даже не представляю, как она меня будет ругать, если узнает что я не в укрытии, а на крыше.

– Оль, а папа твой письма еще не присылал?

– Прислал, уже второе. Пишет, что сражаются насмерть.

– А моему папе «бронь» дали.

– Вера, летит! Ты готова?

– Да.

– Да что же Чухнины свет не тушат!?

– Тушите свет! Свет тушите!

– Посыпались… Не жалеют они для нас этой гадости. Давай, твоя правая часть крыши, а моя левая. Вон упала, видишь?

– Да Оленька вижу, сейчас скину.

– Улетел. Как думаешь, будут еще?

– Думаю, будут.

– Вер, а твой отец почему «бронь» получил?

– Его на оборонную промышленность перевели, поэтому и «бронь» дали.

– Оль, а тебе правда Степка нравится?

– Васильев? Да, нравится, но он на фронт собрался, так что ему пока не до меня, – вздохнув, произнесла Ольга.

– Так ему же нет восемнадцати.

– Я слышала, что он себе возраст как-то прибавил и в военкомате ему поверили.