100 мг Паланги

Лучший фарватер мыслей, смешанных с отраженной

Оспяной реальностью, для поиска куска. И

Тоска нелетающего, обременяющего интерпретацией

Романтической аэродинамику и подъемную силу

Чужого тела, одаренного крыльями.

Нелетучие мысли пленкой растекаются по

Вечной поверхности, теряя себя и оставляя

Запустье и смывные следы своей недолговечности.

Овеществленные мысли сложены раздельно в сумки,

Пакеты и готовы. Кто к дальнейшему следованию,

Кто к успокоению на какой-то такой-то свалке.

Истончились, застеснили друг друга и ушли в

Первично напряженное сердце мелкой занозой

Невзмахнутых крыльев.

Pelefon Stuto

Starii port. (Оригинал)

Nazhralsja v portu.

Sizhu, gljazhu.

Na vodu i to, chto v nej.

Na lodki gljazhu

Na chaek gljazhu,

Na krany – ih net milej.

Mysli, kak pticy —

Letjat, letjat

Kljuvov bojus’ ja ih.

Gruwu ja o tom

Chto letat’ ne mogu

Po nebu, vmesto nih.

Vot zhizn’ moja

podhodit k koncu —

ja tak nigde ne byval.

Ne videl sever,

Ne videl jug, —

Kryl’ev ne rspravljal.

Teper’ ja p’janica gor’kih slez

P’ju do poslednej cherty.

Deshevym toplivom proshlyh grez

Zhgu pred soboju mosty.

Старый порт

Чайшип Смилкис (пер. Ива Аккарас)

Утро в отеле.

Отражение нескромного в зеркале номера

Old Mill. Затяжка сетчатого материала,

Повторяющего линию ноги.

Касание теплого, живот к животу, течение

Неги по ветвящимся каналам близости,

Запах, ткущийся в сердце.

Среднее утро в отеле, когда фразы повисают

Как школьные аппликации серийно слепленные

К празднику, смешивающие собой обыденное

И впервые созданное линейным учреждением школы.

Возникает умение. Лад момента.

Переданная пуговица – суть, струна вандала,

Обесчестившего вчерашнюю чужую подушку за

Рюмкой. Большая пуговица. Негодная для

Пристегивания, но заключающая в себе приязнь.

Уничтожение усердия чужого декора, общественного места,

Создающее тайнопись передающих дары,

Натягивающая нити сети междудвоимия.

По отрезу рукава холодный язык влажного

Залива и ощутимое шерстяное участие

Теплоты утробы сердца.

Chai-Ship Smilk`s

Utro v otele. (Оригинал)

Ja prosnulsja rano – ona ewe zdes’.

Edva nadela chulki

Ja prosnulsja tiho – nikuda ne polez

Mne nuzhno nastroit’ mozgi.

Ja ne pomnju chto vchera strjaslos’ —

Kak my ochutilis’ zdes’.

No telo ee i zapah volos

Nezhnost’ vkljuchili vo mne.