По ту сторону вымысла. Рассказы, эссе, поэма

А старик Михеев купив ещё кое чего по мелочам из продуктов, расплатившись, поблагодарив ребят, зашагал – зашаркал домой, довольный не бесполезно прожитым днём, дело какое наметил – сделал.

4

Ну, а подле Михеевского дома, на завалинке восседал – поджидал приятеля, Кузьма, греясь, как старый кот на солнышке, в новенькой, только что приобретённой рубашке, с довольной улыбкой на физиономии. Увидев приближающегося дружка, Кузя, подскочил по-юношески резво, и прошёлся по кругу этаким гусаком, демонстрируя свою обновку.

– О, вот, что значит, кто рано встаёт, тому и Бог подаёт!.. – подтанцовывал Кузя, пыля поношенными кедами на босу ногу.

– Пылюку – то хоть, не подымай. Прижми дрёпу, отдыхай. – повесив на изгородь пакет с покупками, выдохнул Михей.

– А кто кобенится, тот лучше приценится, слыхал такое? – отбрил товарища он, утирая капельки пота со лба. Присев в тенёк, под куст сирени, Михеев, вытянул свои длинные ноги, прикрыв глаза, на некоторое время замер, будто мгновенно уснул.

– А чё же это, плакать чё ли? – задорно протенорил дружок Кузя. – Праздник сёдня как ни как!.. – притопнул он ножкой по землице, подняв вновь клуб пыли.

Михеев подобрав ноги, хотел встать, что – то возразить, да не смог, чих напал:– Апчхи, язви тя! Танцор… Апчхи, с колокольчиками… Вон чё, напылил, дыхнуть нечем, язви тя… Чхи, чхи… Ой, уморил. – свирепо, взрывно гремел Михей.

– А вот тебе и тьфу, пензия!.. – похлопал Кузя по груди. – На что бы я так —то обновку – то приобрёл!? – хвастливо вертелся, не унимаясь Козлов.

– Да не мельтеши ты, вижу!.. Ты вон на ноги чывось купил бы лучше. А то, без штанов, да в ентом… в галстуке. – вставил шпильку Михей. Пензия… Тоже мне праздник сыскался. – надвинув кепку на глаза, устало молвил он.

Помолчали немного, покурили…

– Да нервы это всё, старый, нервы, туды твою кочерыжку. Они ж нас выматывають, здоровьишко – то последнее забирають. – поставил свой привычный диагноз Кузьма.

– Ладно, ладно, ты зубы – то не заговаривай, сказывай чё припёрся – то, хвастать небось? Только оценщик – то из меня, как из курицы водолаз. – приоткрыв один глаз, молвил Михеев.

– Да не… Не, старик, не угадал.