Патриот Земного Шара

Есть документы. Есть кино.

Не глупая Европа.

Но как покажешь то, что мы

седели ровно три зимы,

на дне лежали как сомы,

зарывшись в ил окопа?

9

Но самый страшный личный бой

был рукопашный, он со мной

до этих лет в ноге идет,

хромает пулею, раненьем…

С таким дрались остервененьем,

что стыдно петь стихотвореньем

смертельный ужас тот!

10

Представь, что зубы словно нож,

и ты противника берешь

за горло, как собака.

Всё потому что выпал штык,

и ты грызёшь ему кадык,

ведь надо выжить – это пик.

Вот, что такое драка.

11

Потом, прорвавшись через строй

с его кровавою слюной,

уходишь, что есть мочи.

Но слышишь выстрел издали

и падаешь как журавли,

как падал бы их целый клин,

сорвавшись с неба в очи.

12

А дальше госпиталь и ждать,

контузию освобождать

из собственного тела.

И только письма от родных,

с которыми и звук утих

нешуточных войны шутих,

и жизнь опять поспела.

13

И снова отдых, снова дым,

и всё же был я молодым

в огне дурных пожаров.

И кашу с салом сладко ел,

и спиртом сердце часто грел,

и не пойму, как уцелел,

и стал сегодня старым.

14

И у меня был командир,

отец солдатам и кумир

военного народа.

Он нас любил и в бой водил,

и немцев за нос обводил,

и не поверишь, находил

в огне – подобье брода!

15

Но что тебе даст мой рассказ?

Вам наплевать на всё сейчас…

Ни правды нет, ни власти.

И каждый тащит миллиард,

себе готовя новый старт,

чтобы урвать пока не стар

оставшиеся части…

16

Да, люди были мы другие

в могучие сороковые…

На всё есть воля Бога.

А вы живите, как хотите,

самих себя не обманите

и человека сохраните

в себе, хотя б немного…

Фиолент

* * *

Если бы жил в Крыму

художник Ван Гог Винсент,

с трубкой во рту, в дыму,

он бы писал Фиолент.

Не как Айвазовский, Шишкин.

Не как Коровин, Грабарь.

Он краски ложил бы лишней

щедро на холст-алтарь.

И были бы скалы наши,

словно пейзажи в Арле.

Всех красочнее и краше,

и скал остальных – шикарней!

День Космонавтики

* * *

Земля вращается лишь в сторону добра.

Кто не попал в её вращенье,

тот не постигнет тайнопись пера

и не сочтёт за чудо угощенье.

Земля вращается лишь в сторону добра.

Кто ей попутчик, тем она открыта.

Здесь не игра – Вселенная мудра:

добро не забывает, что забыто.