Одолевая дьявола

Пока я мечтательно любовалась мысленно нарисованной картиной, карета подъехала прямиком к широкому крыльцу, сложенному из гладкого серого камня. Вдоль прямоугольных колонн, рядом с которыми лениво возлежали каменные звери, молчаливо застыла очередная за сегодняшнее утро стража, настороженно наблюдающая за нашим прибытием.

На шум из распахнутых дверей, в которые медленным потоком струилась утренняя прохлада, выглянула немолодая женщина, одетая в форму прислуги. Завидев незнакомую карету, она разом позабыла про свои дела, бросившись встречать гостей.

Стражники слегка сдвинулись с места; в их позах не осталось и следа ленивой расслабленности – взгляды сосредоточились на темной фигуре кучера, спрыгнувшего на землю, который спустя мгновение уверенным движением уже протягивал мне руку, помогая сойти вниз.

К тому моменту, когда я, оказавшись, наконец, на твердой надежной поверхности, все еще оглядывала дворец, возвышающийся надо мной единым серым камнем, служанка осторожно подошла ближе.

Низко поклонившись, она на удивление решительно произнесла, при этом не прекращая жадно меня разглядывать:

– Доброе утро, госпожа! Его Величество вас уже ожидает. – Она с придыханием произнесла титул своего правителя.

– Доброе утро, – неразборчиво пробормотала я, ощущая, как от слов женщины меня бросило в холод. Уже ожидает – означает ли это, что все во дворце знают, что я – незаконнорожденная дочь короля? Или же только сам король знает о моем прибытии, а всем остальным об этом лишь приходится догадываться?

Пока я предавалась судорожным метаниям, служанка завершила, наконец, свой осмотр, и сделанные ею выводы не заставили себя долго ждать

– Неужели госпожа прибыла сюда совсем одна?

Пожилая женщина даже всплеснула руками.

– Да, – неловко ответила я, ощущая на себе пристальные взгляды стражников, все еще полные подозрения.

– И вы проделали весь длинный путь в одном экипаже? – В ее голосе моментально прорезались нотки подозрения. И я не могла за это осуждать: едва ли странная девушка, путешествующая лишь в сопровождении кучера, который сейчас застыл за моей спиной недвижной тенью, производила впечатление знатной персоны, привыкшей к комфорту.

Очевидно, эти неуклюжие ответы и отсутствие надменных манер выдали во мне особу, не привыкшую повелевать. Поэтому служанка решила, в конце концов, выяснить, та ли я, за кого она меня приняла.

– Это ведь вы – леди Аселайн Голдин? – утвердительно произнесла она.