Одолевая дьявола

Навалившись всем телом на тонкую деревянную грань, ставшую преградой между этой комнатой и чем-то зловещим и темным, что необъяснимо упорно пыталось прорваться внутрь, она начала что-то говорить, но до меня не доносилось ни звука. Странное оцепенение, коварно завладевшее телом, не позволило мне и сдвинуться с места, вынуждая в бессилии наблюдать за тем, как дверь медленно и туго, но все же поддается усилиям девушки. Тьма неохотно покидала захваченные позиции, стелясь по полу легкой дымкой, пока, наконец, дверь не закрылась, напоследок вновь обдав нас сильным потоком воздуха.

И в то же мгновение звуки резко вернулись обратно в мир, обрушившись на меня тяжелым оглушающим градом. Оцепенение разлетелось холодными каплями, и я устремилась к тяжело дышащей девушке, замершей у двери.

– Что это было?

По ее лицу струился пот, мертвенно бледные щеки в лунном свете, казалось, принадлежали призраку, а никак не живому существу. Но когда она открыла рот, чтобы мне ответить, голос ее был привычно ровен и почти спокоен:

– Ничего из того, что тебе следовало бы знать.

Эти слова так и остались неподвижно висеть в воздухе, даже когда силуэт девушки уже растворился за дверью.

Заснуть в ту ночь мне удалось с большим трудом. Из памяти никак не желали уходить странные слова, сказанные девушкой, ее предупреждение о чудовище, и, наконец, открывающаяся дверь, за которой словно притаилось многовековое зло. Что именно находилось за той стороной, если на лице Мирены тогда был нарисован неподдельный испуг?

Я задавала себе этот вопрос много раз, но никак не могла подобрать ответа, который мог бы объяснить все странности этого вечера – а точнее, ночи, вечной ночи, которой не было конца и края в этом мире.

На следующий день – для себя самой я все же пыталась вести примерный подсчет проведенного в этом месте времени, условно деля дни от момента пробуждения до отхода ко сну – я никак не могла ожидать посетителей, однако очень скоро после завтрака раздался короткий стук, и в комнату заглянула Мирена.

Улыбаясь с небольшой натяжкой, она промолвила будничным голосом:

– Доброго утра, а точнее – ночи, Аселайн! Надеюсь, твой сон был спокоен.

В этом утверждении словно крылся невысказанный вопрос, как будто девушка желала убедиться, что я действительно провела эту ночь как обычно.

– Благодарю вас, – немного озадаченно ответила я, силясь понять, чем может мне грозить этот неожиданный визит. – У меня нет причин жаловаться.