Одолевая дьявола

Как сейчас хотелось хотя бы на мгновении оказаться в его мыслях, чтобы узнать, чему посвящены его думы. Хотя я и не исключала тот вариант, что мгновенно утонула бы в непролазной бездне мрака – прямой сестрицы той тьмы, что сейчас яростно плескалась в его глазах.

Помолчав мгновение, он перевел взор куда-то за мою спину, отчего я мгновенно испытала облегчение – слишком тяжелым испытанием было так долго находиться в его присутствие и при этом каждую секунду стараться не утонуть в непролазной темноте его пугающего взгляда.

– Моя душа проклята уже давно. Ее гниющие останки все еще порой бередят мой разум, но с каждым новым днем окружающая тьма пожирает все больше прошлого меня, жадно обгладывая остатки старых воспоминаний и чувств. Я бы давно уже сдался на ее милость, если бы не одно воспоминание, яркой вспышкой белеющее где-то на грани сознания. Только оно одно, только эта глупая безрассудная надежда из последних сил освещает беспросветный лабиринт тьмы, в который превратилось мое существование.

Мужчина прервался, позволяя мне выдохнуть – на протяжении его неожиданного признания я боялась издать лишний звук или движение, чтобы не пропустить ни одного слова.

Между нами повисла напряженная тишина, в которой явственно можно было расслышать, как стремительно стучит мое сердце. Предательскую мысль о том, что, наверное, время для откровений закончилось, спугнул раздавшийся вновь голос – в нем странным образом сочеталась задумчивость, почти неразличимо переплетенная с печалью.

– Но я ни разу не пожалел об этом, ибо не поддается измерению цена, что я заплатил. Если бы мне выпала возможность пройти свой путь заново, я ничего бы не изменил в нем.

Теперь уже я впала в задумчивость – что же такого было в его прошлом, что воспоминания об этом до сих пор не дают ему покоя? Наверное, я попробовала бы попытать счастья, задав столь захвативший мой разум вопрос, но в этот момент дьявол, очевидно, решил, что настала моя очередь отвечать на его вопросы.

– Скажи мне, Асель, а за что ты сама готова продать душу? – он произнес эти слова негромким тоном, пристально глядя на меня в ожидании ответа.

– Моя душа не продается, – твердо сказала я, внутренне не испытывая столь сильной уверенности в этом – после всего, что со мной произошло и продолжало происходить каждый день, я не могла быть полностью уверена даже в себе самой.