Отдельные люди

– О Господи, Аня? Стас?

– Аня? – на корточки рядом со мной присел Гром, на нем больше не было маски. – Все будет хорошо, ты немного дезориентирована, но это пройдет.

Мой взгляд замер на нем, и вся злость, что была во мне, затопила сознание.

– Убирайтесь отсюда к черту, оба! – я на автомате поднялась на ноги. – А ты, – я посмотрела в упор на Валета, – ты чтобы больше на километр не приближался к моей сестре. Иначе я уничтожу тебя. О чем ты вообще думал? Надеялся продать побольше на вечеринке, но забыл учесть, что один из твоих клиентов наш гость?

– Я, правда, не занимаюсь этим больше, честное слово! Я и Максима-то один раз в жизни видел больше года назад.

– Мне плевать! Проваливаете отсюда. И Маша, ты дождалась. Я запрещаю любые контакты с этими двумя мужчинами.

Я развернулась и выбежала из кабинета.

Несколько секунд спустя я оказалась в своей комнате, рухнула на кровать лицом в подушку и дала волю слезам.

Как же мне было страшно…

***

– Аня? – кто-то гладил меня по спине.

Я приподнялась, и тут же почувствовала тупую головную боль, привкус крови во рту.

Понадобилось мгновение, чтобы вернулись воспоминание о вчерашней ночи.

Я перекатилась на спину и с трудом открыла глаза, было ощущение, что кто-то высыпал в них по ложке мелкого песка.

Я моргнула несколько раз, прежде чем взгляд сфокусировался на лице сестры. Она выглядела измученной, темные круги под глазами, сразу было видно, что она много плакала и не спала.

А на мне все еще было вчерашнее платье, я не помню, сколько я рыдала и как уснула.

– Давай я помогу тебе с губой, наверное, больно? – голос охрипший. Я почувствовала себя виноватой, я не должна была бросать ее и сбегать.

Я села и кивнула.

Маша обработала рану, сначала я почувствовала холод, а потом легкий укол, от которого тут же прошла вся боль.

– Все. Ты не будешь разговаривать со мной?

Я вздохнула.

– Я просто не пришла в себя, детка.

– Я понимаю. Прости меня. Моя вина, ты говорила мне, что кончится все плохо. Но я так хотела, чтобы он пришел…

– Поверь мне, такое я предвидеть не могла, – я поморщилась, вспомнив перекошенное злобой лицо Максима. Когда-то он был моим другом, а теперь… Он убил бы меня, если бы я не угрожала ему разоблачением. Но по факту никакого разоблачения нет. И когда-нибудь он узнает об этом.