Греческая рапсодия

Вскоре он, получив своё место под солнцем, торговал не хуже других.

В дальнейшем вспоминая об этом периоде своей жизни, он назовет Черкизон alma mater, преподавшей ему неоценимый для выживания жестокий урок.

Вначале торговал мелким ширпотребом. Как-то подошел Заури, знакомый по тбилисским подворотням, оценил всю мелочь, разложенную на прилавке, крутанув огромными глазищами слева-направо, сказал:

– Кир, так далеко не уедешь, чем аренду будешь платить в конце месяца?

– Вот думаю, чем бы серьёзным начать промышлять, – хмуря широкие светлые брови, ответствовал тот.

– Слушай, что я тебе скажу, – гортанный голос земляка отзывался сладостью в сердце Кира, соскучившегося по родному говору, – мы с Мариной торгуем шубами, я тебе несколько штук подброшу, попробуй. Моя цена – твоя накрутка… заработаешь, шубы хорошо идут…

– А с чего так расщедрился?

– А просто так! – Заури картинно развел руками, – приходи завтра, приготовлю, забирай, – отошел, вернулся, заговорщически наклонился к самому уху:

– Думаешь, могу забыть твою выручку в тёмные тбилисские ночи? Нет, друг, такое не забывается… Съедят здесь тебя в два счёта, если вовремя не расплатишься.

Знаю их порядки…

– Гм, – усмехнулся Кир, – что ж, давай попробую, спасибо…

Земеля не пожадничал, шуб оказалось несколько: разных размеров, фасонов и качества. Марина, сестра Заури, рассказала о мехах, провела своеобразный мастер-класс о шубах из кролика, енота, бобра, написала цены, пожелав удачной торговли.

Товар был китайский, но востребованный, благо цены не такие кусачие, как в магазинах, и вполне доступны для простых покупателей голодных девяностых.

Спустя годы Кир вспоминал, как благодаря Заури – с его ли легкой руки или доброй души – нащупал золотую жилу. Шубы стали для него своего рода Клондайком.

Очень скоро собственной продрогшей шкурой ощутил важность товара для необъятной холодной России. Морозы стояли сильные – челюсть сводило. Спрос здесь как нигде – огромный.

А когда однажды друг сказал: «Кир, ты же грек! Китайские шубы – хорошо, но не хочешь попробовать привозить их из Греции?» – он задумался. Думал коротко. Если идея нравилась, начинал действовать.

Срочно вызвал младшего брата в Москву. Янис к тому времени подумывал уйти из стоматологии – семью кормить нечем, услуги врача-стоматолога стали для большинства обедневшего городского населения независимой Грузии излишеством – поликлиника, можно сказать, дышала на ладан.