Записки таксиста

После чего всего на миг Дядя отключит своё сознание, и его подсознание, включив механическую память, даст сигнал мышцам, и ты получишь такую серию ударов, которую ты запомнишь навсегда. Тебе будет очень больно, ты будешь чувствовать себя подавленным, но твоё сознание вернётся к старту. После этого каждый раз, когда ты начнёшь забываться, твоё подсознание, которое в отличие от сознания помнит все, тебе напомнит главный урок твоей жизни. И ты остановишься, и обернёшься вокруг, пытаясь понять – нет ли рядом Дяди.

Но не держи на него зла, потому что он тебе преподал урок, он передал тебе свой опыт, своё учение и этот опыт ещё не раз тебе и людям вокруг тебя спасёт жизнь.

– Ты меня ударил?! – от шока позабыв родной украинский, как будто не веря в происходящее, будто с ним произошло нечто фантастическое невероятное, сидя на асфальте, держась за разбитую голову, по которой растекалась кровь, вдруг продолжил прерванный физическим насилием диалог Кто-то.

– Да я тебя ещё и не бил, – глумился Нежданчик.

– Дебил, – в упрёк и в рифму бросил стоящей на четвереньках гопник-напарник развязавшему язык коллеге, давая понять интонацией и своей козлиной позой, что и так уже попали – не накаляй…

Антракт прошёл практически незаметно, вновь погрузив актёров в известное малоприятное действо. Когда гопники были на грани физического и психического изнеможения. Мужчина, как ни в чем не бывало, принялся с одного из них стягивать штаны. Понимая незавидную перспективу, от которой далеко не все ходящие в мужской туалет получают удовольствие, первый пошёл, точнее, убежал, совсем позабыв о друге и своих изначальных намерениях.

– Славяне, твою мать, – с чужими штанами и кроссовкам в руках, кинул им в след Мужчина, но его уже никто не слышал. Ночные бродяги скрылись из вида, избавив себя от лагерной неприятности. Ведь сегодня им довелось встретиться с Большим Дядей, которого вся братва в округе звала Прохор.

Солнце бестактно пробилось сквозь шторы, сдвинутые утренним ветерком, ворвавшимся сквозь распахнутое окно гостиничного номера, заставив Антона проснуться. После вчерашнего сильно болела голова. Рядом сопела очередная жертва вожделения, разбросав каштановые волосы по подушке. Имени её Антон Прохоров наверняка не знал или просто не помнил.