Технология любви

Но что-то большинство к нему присоединиться не спешит. Многие норовят шмыгнуть куда-то в сторону, на улицу Комсомола, например, воспитанники которого первыми и разбежались. Чем тебе не символ?

В ангаре, – мы теперь заезжаем туда, не вспоминая о медицинских запретах, – рабочие встречают нас молча. Брат не выказывает порыва к общению, проходит сквозь них и заглядывает в сушилку.

Не комментируя увиденное, он поворачивается ко мне:

– Пойдём, посмотришь ещё одно помещение.

Я предусмотрительно открываю перед ним дверь, и мы выходим на улицу.

Ну, как дела? – бодрясь, спрашивает брат, пожимая ему руку.

– Какие дела – ты дерево видел? Гниль одна.

– А ты чего не поехал, когда покупали? – изменившийся тон выдал отношение к нему брата.

– А я чего? – ответил он запальчиво. – Мне это надо? Мне ещё пять дверей сдавать до понедельника.

Он рукой указывает на стену, к которой прислонены дубовые двери с большим количеством разных завитушек и накладок.

– Ты такое где-нибудь видел? Хозяин антикварного магазина заказал, дружок нашего беспалого. Там, видите ли, в начале века такие стояли, так ему теперь надо, чтобы они на месте были в конце следующей недели. Я домой раньше часа ночи не приезжаю.

– На пару часов всё же мог бы отвлечься, – бросает брат, неприязненно рассматривая его работу.

– Женя прораб. Он занимается закупками.– Лицо парня выражает убеждённость в своей правоте.

– Ну ладно, пусть так и будет, – брат опять широко улыбается – он само добродушие. – Принесли раму?

Столяр кивает в ответ. В углу стоит замотанная креповой бумагой и перевязанная верёвкой рама. Брат забирает её, и мы прощаемся. Руки у него заняты, они обходятся без прощального рукопожатия.

Мы выезжаем со двора и брат с гордостью в голосе сообщает:

– Без меня ничего не могут. И двух месяцев не прошло – всё кувырком. Дерева нормального купить не смогли. Теперь недели две проработают бесплатно. Гнилуху будут отрабатывать. Бабки подобьют, по сто рублей на нос выйдет.

У брата очень уверенный вид. Он всегда уверенно выглядит, когда речь заходит о его делах. Сомнения в его компетентности не допускаются. Нельзя подрывать эту уверенность.