Я уехала в кантон Ури. Дневник эмигрантки

Раньше он поступал к нам из Москвы, сейчас этот канал уже не функционирует, а для того, чтобы сделать закупки инсулина в Европе, нужна валюта, которой, как вы понимаете, у нас нет. Поэтому по постановлению Рижской мэрии инсулин выдаётся только гражданам Латвии при предъявлении справки от врача.

– А русские диабетики что должны делать? Вы же знаете, что почти всем русским жителям Латвии гражданство до сих пор не дали. Значит, это можно назвать так: «Медицина на службе у национализма». Русские диабетики будут умирать в своих постелях? Что им делать, госпожа заведующая? Как можно отказать человеку в праве на жизнь?

Заведующая под напором этих вопросов сжалась, но уступать не собиралась.

– Если мы не можем обеспечить инсулином всех, то поможем в первую очередь гражданам своей страны. Так не было, пока инсулина хватало. Но сейчас у нас его и правда нет. У меня на складе осталось 3 коробки – это на 30 человек. А у нас каждый день по 10 человек приходит за этим лекарством.

– Я сейчас была в квартире у Демидова, которому вы отказали вчера в инсулине – он уже слёг.

– Это кто, ваш родственник? – заколебалась заведующая.

– Да! – соврала Анна.

– Хорошо, один раз в исключительном порядке.

Анна пошла за Демидовой, которая трясущимися руками, но сохраняя достоинство, полезла за рецептом в кошелёк.

Получив инсулин и выйдя из аптеки, Демидова выглядела уставшей и вовсе не радостной:

– Это Жене на неделю хватит. А потом что? Не можем же мы за каждой упаковкой в редакцию звонить.

– У вас есть родственники в России? Нужно просить их выслать с поездом, – предложила выход Анна.

– Я уже позвонила сестре в Ленинград, она обещала прислать.

– Пусть пришлёт побольше. А сейчас хоть на неделю ему хватит. Мы тоже об этой проблеме дадим материал. Может возьмём под контроль редакции.

– Да, спасибо, большое вам спасибо! Я сейчас иду делать инъекцию – он уже пропустил одну.

Анна решила не возвращаться в редакцию – вечером там уже никаких дел у неё не было. Она поехала в салон к Расме, чтоб сделать свежее лицо на вечер. Расмочка – так ласково звали клиентки добродушную миниатюрную косметологиню, славившуюся на всю Ригу и Юрмалу своими гуттаперчевыми руками, уложила её на белоснежную кушетку под холодный пар, ароматизированный неведомыми травами.