Я уехала в кантон Ури. Дневник эмигрантки

Анна полистала его книгу и наугад прочитала оттуда:

– «И что ещё оставалось делать ему? Лишь продолжать стынуть на этом ветру измен, согреваемому теплом своей запоздалой любви…»

– О! Как вы красиво это написали! – воскликнула Синтия.

– И как некрасиво он говорит о девушках!

– А как же Пушкин, – встал в позу известный журналист. – Прошла любовь, явилась муза, и прояснился тёмный ум, свободен, вновь ищу союза и так далее.

– Пушкин не называл женщин ЭТО, – парировала Анна. В этих кофейных спорах – она это точно знала – важен не смысл, а тон.

– В книгах не называл, а в гусарском кругу и похуже у него с языка слетало, – так же небрежно отозвался Трейч.

На них уже начали оглядываться, кофе сегодня получался занятный, с живой дискуссией, что вызывало интерес у соседних столиков.

Оглянувшись на шум и увидев Анну, Елена Власова – редакторша приложения «Синема», подсела к ним.

– Ты уже читала журнал «Пипл»?

– А почему я должна его читать? – Анна не любила Власову за вкрадчивость манер.

– Как? Ты не знала, что там опубликовали рейтинг самых талантливых восточноевропейских художников? И про Олега тоже написали.

Анна сделала преувеличенно удивлённое лицо, а Трейч поспешил сказать:

– Я был на последнем вернисаже твоего мужа – это было что-то потрясающее.

Власова не осталась в стороне:

– Да, на творчестве её мужа уже сделали себе имя несколько европейских искусствоведов.

– В «Пипл» написано, что крупные европейские галереи стоят в очередь за его работами. И про тебя там тоже есть, – с заметной завистью сказала Елена Власова. – Все женщины в его работах похожи на его жену – Анну.

– Ну, дай, пожалуйста мне, я хочу прочитать сама, – сказала Анна, и Власова протянула ей разноцветный блестящий журнал.

– Прочти вслух! – попросил Трейч, и Анна с некоторой долей иронии прочитала:

– Культовый художник Олег Бревис.

«В его гардеробе царит брэнд Sisley – удобный, практичный исключительно из натуральных тканей. Обожает охотничий стиль без намёка на орнамент, хотя к самой охоте как истинный пацифист равнодушен. При выборе одежды доверяет собственному вкусу – предпочитает неделями мысленно подбирать гардероб, после чего решительно покупает всю коллекцию сразу. В мужских пристрастиях не оригинален – любит дорогой табак, spiritus и женщин.