Погоня за хвостом

У меня его нет, и я вольна послать тебя к дьяволу.

– И в любой другой ситуации я не стал бы с тобой связываться, удовольствие это на любителя, – в тон мне ответил Вишневский. – Но сейчас на мои вопросы придется ответить, дорогая. Без вариантов. Твои личные желания меня волнуют мало, уж прости. Последний шанс: где пропадала, солнце?

– Я уже ответила.

Вишневский рассвирепел, без сомнений. Он с такой силой ударил по газам, что я едва не откусила себе язык. Потом пришлось со всей силы вцепиться руками в подлокотник, потому что развернулись мы практически на сто восемьдесят градусов.

Ворота открывались медленно, вот этим я и собиралась воспользоваться: аккуратно потянула ручку двери, но она не поддалась. Уже не скрываясь, я дернула ее еще трижды: безрезультатно. В гневе я повернулась к мерзавцу:

– Тут закрыто! – рявкнула.

– А чего ты ожидала? – удивился он.

– Выпусти меня сейчас же!

Вишневский не только не выпустил меня, но и успешно покинул безопасную территорию родного дома. Не к добру это все. Возможно, в другое время я бы от души повеселилась и вытрясла бы всю душу из мерзавца, но конкретно сегодня меня Ромка дома ждал. Да и вообще… нечего нам обсуждать. Разговоры все путают и портят.

Мимо проплывали деревья и дома, мы гнали в сторону города с приличной скоростью. Вишневский проигнорировал светофор, что я сочла вредительством и еще одним неприятным качеством чокнутого пирата.

– Ты везешь меня домой? – нахмурилась я.

– Конечно.

– Чтобы найти применение моему языку?

– Что? – растерялся он, но я улыбнулась так, что на смену растерянности пришло нечто другое. Вишневский явно против воли опустил взгляд на мои губы, рыкнул и отвернулся. Все это произошло удивительно быстро. И просто.

Помолчав, я спросила:

– Так зачем мы едем, Андрей? Говорить или не говорить? Завершить начатое? Вот что не давало тебе покоя все это время? Дверь, закрытая перед твоим носом? Если бы я знала, что все так серьезно, я бы…

– Ты бы что?

– Ты знаешь, что.

– Нет.

– Я бы позволила нам обоим выпустить пар. Мне это тоже необходимо.

– Больше ничего не говори, – одернул он.

Солома подстелена, как говорился. Я старалась не улыбаться слишком очевидно, чтобы себя не выдать. Вместо этого время от времени поглядывала на врага и быстро отворачивалась.