Алиса

Все это вместе помогало ему выглядеть водевильным героем. Себя он считал неотразимым мужчиной, но к подчиненным не приставал. Вот только к Алисе он стал цепляться, с тех пор как увидел, как Матвей целовал ей руку и открывал дверь машины.

Телефонная ругань оборвалась на середине, и хозяин теперь подошел к Алисе ближе принятого приличием и смотрел на нее сверху, насколько позволял ему его рост. Она накрыла перстенек ладонью – от сглаза – и повздымала грудью, как Анна Австрийская при виде Бэкингема. Джером не понимал шуток и не любил провокаций, но в декольте все-таки заглянул.

Алиса с деловым видом зашелестела бумагами и понесла обычную пургу о поставщиках и неполадках по почтовому ведомству в этой стране.

В конце своей речи поменяла тон на более оптимистический и у финишной прямой почти с восторгом рассказала о финансовых поступлениях. Она знала, что годы, проведенные у микрофона, не прошли даром – выражать себя даже через казенные слова у нее получалось.

Услышав про цифры, Джером сразу пообмяк и превратился из театрального злодея в пятидесятилетнего мужчину с заботами и страхами.

Алиса заволновалась и сказала как могла серьезно:

– Джером, Джером, у меня есть просьба. Мне нужно уехать срочно по личным обстоятельствам на неделю. Та неделя все равно будет короткая, и работы не так много. Вот мое заявление.

Совершилась обратная метаморфоза, и опять водевильный злодей таращился на Алису:

– У нас здесь компания, а не клуб интересных встреч.

Алиса не перебивала его, а сидела как, потерявшийся котенок перед незнакомой дверью в надежде, что его не обидят.

Хозяин замолчал и медленно подошел к своему креслу. Алиса была к этому готова и сказала, что она все прекрасно понимает и с ним абсолютно согласна, но у нее сложилась неожиданная ситуация, она не может контролировать то, что случается с другими, она должна ехать, а потом вдруг спросила:

– Вам котенок с педигри нужен? Я могу достать за полцены.

Джером заулыбался:

– Взятку предлагаешь? Не нужен мне твой котенок – у меня новая мебель итальянской кожи. Какого он цвета?

– Что за вопрос – чистокровные фараоны могут быть только одного цвета. У него мать израильтянка, а отец – чемпион породы из Аддис Абебы.