Детство золотое. Повесть

Остановившись, разглядел ступню и очень удивился: носка – как не бывало! На левой ноге и сандалет есть, и носок имеется, а на правой сандалет есть, причём застёгнутый, а носка нет, исчез бесследно, лишь резинка на лодыжке осталась. Значит, хоть пепел сверху серый, внутри его притаился малиновый жар, и совершенно удивительно, что ноге даже ни капельки не больно, просто одно мгновение было горячо.

В небе появились самолёты, которые сбросили множество парашютистов с разноцветными куполами. Некоторых отнесло в сторону, один вообще завис над садами.

Парашютист плавно опускался неподалёку от водокачки, прямо на чей-то сад, накрыв его сверху почти весь разноцветным куполом: и ранетки, и кусты смородины, и грядки, себя самого и даже хозяйку.

Если бы приземлился на общую дорогу, они бы, конечно, сразу подбежали к парашютисту, помогли выбраться из-под купола, но в чужие сады родителями строго-настрого запрещено проходить, даже шага нельзя ступить по чужой земле, хотя никаких заборов нет, все свято блюдут эту заповедь – главный закон местной жизни.

Митя с Ирой и Машей остановились у кромки сада на общей дороге, откуда могли только наблюдать за развитием событий: как быстро для будущего лётчика начались неприятности.

Ладно бы, скажем, если хозяйка сада была молодая весёлая девушка. Или ещё лучше, чтобы вообще никого не было в саду на тот момент, хорошо бы также, если он упал немного пораньше, хоть на неделю-две, когда ягода не поспела, висела на ветках зелёная и не отваливалась от самого лёгкого прикосновения. А тут, как назло, всё-всё наоборот получилось.

До его падения бабушка – хозяйка сада сидела на стульчике в кустах смородины, брала ягоду, радуясь, что поспел наконец её главный подножный корм, и не обращала внимания, что с мирного голубого неба прямо на сады неудачно валится молодой курсантик: бац! – и накрыл бабулю куполом! Мало того, запнулся в кустах, не устоял на ногах, упал, и протащило его парашютом несколько метров по смородиновой плантации.

«Ах, что же это? Откуда ты взялся на мою голову? Чуть не убил, урожай весь угробил!»

Курсант глухо оправдывался из-под парашюта, что он здесь вовсе ни причём, его ветром от цели сдуло.