За гвоздями в Европу

Деньги с какой—то тайной целью считали и по нескольку раз пересчитывали столпившиеся в круг, похожие одинаково как на чиновников, так и на преступников, а также на весёлый цыганский табор, лукашенковские таможенники и пограничники.

Содержимое набитого ерундой багажника их интриговало больше всего, но, к плохо скрываемому сожалению, ничего этакого особенного найдено не было. Даже шины, бамперы и днище оказались в порядке.

Лёгкое недоумение вызвало сосновое полено.

– Это что?

– Полено.

– Куда везём?

– Никуда.

– Май на дворе.

– В России в мае холодно.

– А почему не использовали?

– Слишком холодно ночевать в палатках.

– И палатки есть?

– А как же.

– Где?

– Вот.

Посмотрели, пощупали.

– Можем развернуть, – подсказал Ксан Иваныч единственно достоверную идею.

– Ладно, не надо. Верим. Значит, пользоваться, говорите, будете на обратном пути?

– Вроде того.

– Что в этом стальном ящике?

– В алюминиевом. Самое ценное – еда и питье.

– Откройте.

Открыли. Покопались.

– Деньги, маршрутная карта есть?

– Деньги есть. У Вас в руках. Маршрута нет. Мы свободно путешествуем.

– Куда?

– По Европе.

– Страны?

– Как придётся.

– Любопытно. Вас где—то ждут?

– Нас везде подождут.

– Денег хватит?

– Хватает пока.

– С нами не шутят.

– Вы же деньги считали.

– Считали. А ещё есть?

Молчание.

– Нам хватит этого.

– Как будете полено колоть? Топор есть?

– Есть.

– Не положено.

– Забирайте.

Вытащили. Забрали. Переглянулись: как же это мы топор не заметили.

– Денег сколько?

– Три тыщи.

– Чего?

– Евро.

– На всех?

– На каждого, естественно.

– Вау! – удивились стражи порядка. – А по прикиду этих (намёк на видосы Порфирия и Кирьяна) и не подумаешь.

– Общак ещё есть. (Подсказывает на соседнее ушко Бим. Он решил напомнить Кирьяну Егоровичу, что он абсолютно трезв, адекватен и помнит только хорошее).

– Ч—ш—ш, – шипит Кирьян. (Общак у него спрятан от сглазу и надлежсохранности в поясной сумке).

Ушастые просекли.

– Покажите вот эту сумку.

– Зачем?

– Вопросы задаём мы.

– Понятно.

Кирьян Егорович отцепил бардачок от себя. Показал. Отобрали и присовокупили к остальному.

– Хотели скрыть?

– Зачем! Просто это рубли на обратную дорогу.

Пересчитали и это.

– Какой у рубля курс?

– Как у всех.

Держат в руках. Перемножают на свой заячий[17 - Зайчики – основные белорусские деньги.] курс.