Ha горных уступах (сборник)

Боялся он много глядеть на нее, а как только взглянет – и она на него в упор смотрит, а глаза у неё горят, как свечи у алтаря. Дрожь его пронимает.

– Эх! не тебе, дураку, чай пить, – Думает он про себя.

А когда он уже собирался уходить, Марина говорит ему:

– Ясек, знаешь, я прогнала батрака, что за лошадьми ходил… Не пойдешь-ли ты к нам?

– Я?

– Ты.

– К вам?

– Ну, да.

Смотрит он на нее: она стоит перед ним, как заря.

– А разве вы захотите меня? Правда?

– Да, конечно! Что ж я с тобой шутить буду…

У Яська то светлело, то темнело в глазах.

– Пойду.

– Прощайся с Гонсёрком. Перебирайся к нам.

– Говорила ты войту? отцу?

– Отец все сделает, коли я захочу.

– Так когда?

– Да хоть сегодня.

Идет Ясек прощаться с Гонсёрком, а Марина сидит на пороге – и поет:

От любви несчастной,

от любви проклятой

Изнывает сердце,

как в цепях железных…

Мчались за Яськом эти тоскливые, звонкие звуки, рассыпались по миру, как листья березы, как блестящие осенние паутинки, и звенели у Яська над душой, оплетали ее, так что у него кровь от рук и от ног к груди отливала.

Так звенела, мчалась за ним Маринина песня.

– Съест она тебя! – говорит Яську старый Гонсёрек, отдавая ему плату за службу.

– Ну, так пускай ест! Знаешь, как говорил Яносик, когда его пытали и хотели вешать: коли вы уж спекли меня, так и ешьте! – ответил ему Ясек.

И настало для него странное время.

Марина, как царевна, ходит по хозяйству и на мельнице, а он при ней, как при царевне.

Сохнет Ясек, есть не может, спать не может, мучится…

А у неё только все глаза горят, как пылающие звезды, да груди готовы рубашку изорвать под корсетом, да бедра волнуются, как волны на озере. Ясек совсем власть над собой теряет, – доняло это его, как болезнь.

И он так робел перед Мариной, что не мог себя заставить сделать к ней шага. Слова у него застревали в горле и в груди.

И вот раз, поутру, он подумал: – чего мне горе мыкать! Брошу все и пойду к черту! – так и решил.

И случилось так, что к Кружлям в обед пришел ребенок, маленький трехлетний мальчик, сродни войту.

– Ты зачем пришел? – спрашивает его старый Кружель.

– За яблоками, – отвечает ребенок.

– А рад меня видеть?

– Рад.

– А эту девку любишь? – спрашивает его войт, показывая пальцем на Марину.

А мальчик говорит: – Не люблю.

– Не любишь меня? – спрашивает Марина.

– Не люблю.

– Ни-ни?… Вот ни столечко…

– Не люблю.