Настигнутые коммунизмом. Роман

– Ничего вы не можете, – тихо сказал Вадим Андреевич.

Есипов тяжело со свистом дышал, он закрывал глаза и сидел молча, ожидая, когда успокоится дыхание.

– Да, Вадим Андреевич, вижу, – проговорил медленно Есипов, – вы тут совсем от реальности оторвались. Наша контора работает, как часы. Доложу по начальству, проглотит дырочка бумажку – и пойдут тикать часики, крутить колесики, и вы, как по конвейеру.

– Умру я скоро, – негромко сказал Вадим Андреевич, глядя в иллюминатор на медленно текущую долину облаков, сияющих в голубом свете луны.

– Больны что ли? – поинтересовался Есипов.

– Нет, чувствую.

– А не врете? – Есипов придвинулся к Вадиму Андреевичу, внимательно вглядываясь в лицо. – Видок у вас, конечно, тот еще, но и поплоше живут. А это как у вас? Печень тянет или за ребрами болит?

– Всего-навсего предчувствие.

– Так бывает?

– Бывает, на фронте бывало. Самый известный случай – Иисус. Он точно знал приближение смерти.

– Опять вы за свое. – Есипов отодвинулся на спинку кресла, помял губами.

 – Занятный разговорец был. Но лучше, знаете, на эту тему балакать по дороге в Париж, а не наоборот. У нас сейчас – холод, гололед. – Есипов мрачно выругался.

– О-ох, – со стоном выдохнул Есипов. – Ну и тоску нагнали. Одни покойники у вас.

Вадим Андреевич засмеялся.

– А знаете, почему при социализме смерти как бы не существует? – с улыбкой спросил Вадим Андреевич.

– Чтоб настроение не портить.

– Чтобы остатки социализма не пропили и не разворовали, – смеясь, сказал Вадим Андреевич.

 – По ленинизму ведь как? Там – яма вонючая: ни выпить, ни закусить, ни бабу обхватить. Одна гниль. До светлого будущего не дожить – обманули. Так хватай, тащи, жри в три горла!

– Под кайфом подохнуть веселее, – заулыбался Есипов и потянулся. – В нашем доме в прошлом году пенсионер один загнулся на бабе. Смеху было.

– Во! Наяривай, тащи все, что под руку угодило.

– Правда, разворуют.

– Поэтому цензоры и вымарывают мысль о смерти. Не дай Бог, вспомнят, задумаются, ужаснутся.

Тут Есипов закхекал мелким смешком.

– Да, Вадим Андреевич, – сказал он. – Советую и вам задуматься. Знаете, сколько стоит родине такой типчик, как Селин? Ого-го! А вы своей болтовней довели его до порчи государственного имущества. Селин теперь годится только на корм червям. И то – иностранного подданства. Так готовьтесь отвечать по всей строгости закона. Причинение ущерба госсобственности в особо крупных размерах. Помрете вы или нет, это еще не известно.