Звук. Стихотворения и поэмы

Я верю ему и не верю.

Верю,

потому что он – это я, пятнадцатилетний.

Не верю,

потому что его женщина ещё и не женщина,

а лишь замочная скважина,

через которую он смотрит в мир,

смотрит

и не может оторваться, даже затем,

чтобы вставить ключ.

1982

«По клюкву ехали бабы…»

По клюкву ехали бабы

на тракторных санях-волокушах,

что зверски подбрасывали на ухабах,

зато не тонули в лужах.

Пели бабы «Ой, летят утки»

и жались друг к другу, фуфайка к фуфайке.

Лишь одна, в красной спортивной куртке,

не пела и горела как факел.

С пяти утра бабы тряслись желейным грузом,

лишь изредка взвизгивая «Держись-ся!»

И с веток роса падала всем на рейтузы,

а одной – на джинсы.

Сани ползли, два венца от узкого сруба,

грязь расплёскивая в виде крыльев.

Бабы косились и поджимали губы:

одна курила.

Тракторист проклинал дорожку: ад, мол, кромешный,

и, оборачиваясь, ногтём по щетине крябал.

Он и не думал, что на санях на бабу меньше,

на ту, что себя не считала бабой.

Он думал, что езда его притомила,

а что насчёт жизни, то она ведь идёт по кругу,

и каждую осень, наверное, от сотворения мира

бабы едут по клюкву.

1983

Печь

Э, как славно сбивали из глины печь!

Спешка бы ни к чему, да зима вот приспичь.

Дед-хозяин – старый кокшар, хоть не про деда речь,

и не про то, что искать бы, мог он найти кирпич.

Речь: как весело мужики сбивали печь!

Как взлетали без устали берёзовые молота,

и был каждый молот, как певчая птица, певч!

и была каждому прежняя, в роще, жизнь – маета-а…

И серьёзно так мужики сбивали печь,

словно забивали глиной дощатый гроб,

который сбросили в яму с высоких плеч

и так трамбовали, что втрамбовали и холмик-горб.

И до конца была сбита в зимовке печь!

и дед самолично взрезал печке устье ножом,

и, чтоб тягу проверить, спешил ком газеты зажечь,

а после, выпив, сопел: на печку ведь нюх нужон.

А мужики, набравшись, перецеловались и млад и стар.

А когда в печи разгорелось (не только газеты ком),

дым – как покойник, не хуже святого Лазаря – встал,

а когда вышел в трубу,

то сильно заплетал ногами и языком.

1983

Месяц

Уж во все глаза я смотрю, во все,

но и вправду на небе звёздном

горе-месяц сидит, как медведь в овсе,

и когтём ковыряет в дёснах.