Ночная пуля. Остросюжетные повести и рассказы

Непростой мужик наш генерал, прямо скажем, непростой!

Так. Она прекрасно обо всем осведомлена. Даже в курсе того, что Мане – мой лучший агент. Недурно. Иногда полезно немного поболтать о том о сем…

– Не волнуйся! Я возвращаюсь домой, – перевожу разговор в иную плоскость.

– Врешь!

– Нет, чистая правда!

– Врешь!

– Нет!

Слегка попрепирались. Наконец я показал ей авиабилеты. Она их внимательно изучила и только после этого с достоинством удалилась, послав мне на прощание воздушный поцелуй и сделав непристойный жест.

Медовый месяц незаметно подошел к своему логическому концу.

В забое

Неожиданно пожаловал Прокопич.

– Ты человек? – поинтересовался он.

– Ну? – памятуя, что с рабочим классом надо без затей, ответил я.

– Тогда неси стаканы. – Он шмякнул об стол поллитровку и, по-своему истолковав мое недоумение, добавил: – Не боись! Хрустальная!

Выпили.

– Русскому человеку один хрен, что на дворе! Он ни для кого плясать не будет. Никогда! – И он покрутил перед моим носом пальцем. – Главное – победить! Короче, мне завтра в забой, а я не могу.

– Ну? – снова ответил я.

– Не нукай, не запрягал! – вдруг озлился он. – У меня дурные предчувствия. Был сон. Отец покойный явился и сказал, чтобы я завтра ни-ни! Иначе – кранты! Сходишь?

– Ты что, не знаешь, что я генерал? – строго поинтересовался я и приказал: – Встать!

Прокопич послушно встал.

– Ты в каком звании? – спросил я уже помягче.

– Рядовой запаса! – отрапортовал бодро Прокопич.

– Рядовой – это хорошо. Понял, какую глупость сейчас сморозил?

– Понял… – виновато согласился рядовой запаса.

– Ладно, садись, раз понял. Рядовой – это кость армии! Или мясо? – вдруг засомневался я.

– Это смотря в какое время? В мирное – кость, в военное – мясо!

«А не такой уж он и придурок», – отметил я и вспомнил про девяносто восьмую задачу, о которой уже давно долдонил Носопытин: «С какой силой будет давить на дно шахтной клети груз определенной массы, если клеть будет опускаться с заданным ускорением?» В душе закопошились неосознанные сомнения.

– А про меня тебе тоже отец присоветовал? – уточнил я.

– Не… Это я сам допер, – честно признал Прокопич.

– Ладно, уважу, по-соседски, – согласился я. – С тебя фант!

– Чего?

– Это я так.