Затянувшийся вернисаж. Роман из последней четверти 20 века

Дима заметил это и ощутил мое недоверие.

– Ты мне не веришь? Но почему? – спросил он с некоторой обидой.

Я убрала свою руку и ответила:

– Ты, конечно, мог пойти тогда к Женьке, но на вряд ли обратил бы меня внимание.

Наступила его очередь удивляться.

– Год назад я была подростком, – объяснила я – угловатым подростком, и это вряд ли заинтересовало бы такого взрослого человека, как ты.

Дима уверял меня, что это не так, что в любом подростке смог бы разглядеть будущую женщину, а уж его-то я наверняка оценила бы по достоинству.

– Чур меня, – подумала я, отгоняя эти непрошенные сожаления. Я старалась избавиться от магии Диминого обаяния, но это было нелегко.

Мы пошли танцевать, и мне хорошо было рядом с ним. Я замечала: дамы в ресторане смотрели заинтересованно на моего спутника и с пренебрежительным недоумением на меня, а мой нос задирался от гордости все выше. Танго казалось нескончаемым, Димины объятия все теснее, а слабый голос совести все глуше и глуше, и я даже не вспоминала Мишу с его разгрузкой вагонов, живя в полной мере настоящим, забыв на время прошлое и не думая о будущем.

После танца Дима налил еще шампанского, а потом подозвал скрипача, и он играл чардаш только для меня, тряся головой и сверкая глазами в мою сторону. Я сидела, завороженная зажигательной мелодией и чувствовала себя королевой.

За весь вечер у меня даже не возникло вопроса, как буду добираться до дома, но выйдя из ресторана, я недоуменно посмотрела на Диму, когда мы направились к вишневым «Жигулям».

– А ты разве сможешь вести машину? – поинтересовалась я.

– Why no? – усмехнулся Дима – во первых, я не так много выпил, а во вторых у меня есть средство от запаха.

Дима достал из кармана коробочку, вынул оттуда пилюлю и проглотил.

– Импортная, – объяснил он, – батя привез из Финляндии.

И добавил веселым голосом, прижимая меня к себе:

– Не боись, Лидочка. Подумаешь – шампанское, кислятина.

– Это как у Брехта, – сказала я, высвобождаясь из его объятий – «чуть-чуть водки, и мира как не бывало?»

Помедлив секунду Дима захохотал:

– Вот, вот – «и мира как не бывало». Никого нет – мы одни, мы в целом мире одни, Лидочка! И никаких проблем – ни ГАИ, ни вытрезвителя, ни твоей свадьбы с Мишкой.

А потом вдруг помрачнел и сказал, окинув меня беглым взглядом:

– Садись. Я отвезу тебя.