Централ. Могила Ленину

Пожав каждому руку и представившись просто Георгием, Могила бросил свой скатанный матрас на единственно свободную шконку у окна на верхнем ярусе. Ленин кивнул Гонщику на чайник и тот подорвался заваривать чифир, сам пригласил Могилу присесть напротив и начал разговор.

– Ты Георгий заехал в людскую хату и если не первоход уклад знаешь.

– Да я не первоход и в курсах всего, я тут взгрев (продукты, чай, табак и др.) подогнать хочу и достал из завернутого матраса пакет с чаем и сахаром, другой пакет был с карамелью и сушками, пара пачек сигарет, которые буквально за день до закидки в карантин передала Лена.

– За взгрев от души спасибо от всей хаты как раз чифирнем и поговорим, познакомимся и будем думать как дальше жить собираешься, ответил Ленин.

– Жить буду по людски и по воровскому закону, сказал Могила и взглянул на публику. Все с интересом переглядывались, но Ленин был авторитетным арестантом в хате и все новенькие общались перво наперво с ним. Пока Гонщик возился с чифирем Ленин продвинул между шконками пластиковый таз и перевернул вверх дном, достал чистое вафельное полотенце, застелил и соорудив импровизированный столик, выложил карамель и пригласил всех к чаю.

– Ты по какой статье заехал брат, спросил Ленин у Могилы.

– По 159-й, фармазонщик я в особо крупных.

– Серьезная статья, у меня их штук сто, Ленин улыбнулся и кинув в рот карамельку первым хлебну из кружки.

– Как это, изумился Могила.

– У меня больше ста потерпевших по делу о мошенничестве, не считая остальной букет статей, начиная от 105-ой статьи, убийства, разбоев, грабежей и заканчивая организацией ОПГ (организованная преступная группировка). Как говориться экспроприацией занимались у нечестных на руку граждан, не зря и погоняло приклеилась соответствующая. Надеюсь историю изучал и нет необходимости вводить в курс лекций по поводу вождя революции Владимира Ильича Ленина, гордо произнес Влад.

– Богатый ты, но я врагу не пожелаю такого богатства, угрюмо сказал Могила.

– Да… Ленин у нас легенда, встрял в разговор Шкет.

– Мы с тобой и Лениным коллеги, ты хоть сколько бабок хапнул?

– По обьебону (обвинительному заключению) терпила насчитал один лимон деревянных а по чеснаку ни копейки не хапнул, Могила скривился от обиды и досады.