Одинокий Волк. Авторский сборник

Нет больше Круга, и Коржукова,

Коротин, Наговицын, Ким, ушли так скоро,

Их не заменят, перепевая,

Их классикой шансона называют.

А эмигранты поют все так же,

Что нет таланта? Зато есть башли!

Пусть безголосый, или с Кавказа,

Шансоном русским, и он замазан!

    30.10.09

Вигвам

Я хотел спеть блюз, вдохновенья нет,

Гребанный Союз, заржавел генсек,

А в политике, лучше и не сечь,

Каждому своё – не то головку с плеч.

Вон стоит Ильич, ухмыляется,

Натворил делов, ему считается.

Мы его поймем, так и надо брать,

За рога быка, да башку ломать!

Флаги и кресты, вышки и посты,

Лагеря, война, все пережила!

Поменяв царей, на секретарей,

Родина моя, Родина твоя.

Я хотел спеть рок, настроение есть,

Гребанный совок, а была ли честь?

Было все не так, до падения,

Столь великой, но слабой империи.

Стяги распустив, красные банты,

И лет семьдесят были все правы.

Но пришел итог, развенчался культ,

И под молоток продали страну.

Я хотел спеть вам, получился бред,

Гребанный вигвам, пал авторитет.

Падок Вавилон, на грошевый понт,

Запад задерем, задом наперед.

Кольца и тату, хаер сбрили в ноль,

Был простой хипарь, а теперь герой.

Пел бунтарский рок, на обломках лжи,

Гребанный Совок, дал путевку в жизнь.

Флаги и кресты, вышки и посты,

Лагеря, война, все пережила!

Поменяв царей, на секретарей,

Родина моя, Родина твоя.

    Середина 1998

Бурлак

Бурлаком тяну свой груз, по реке с  названием Русь,

Цепи ломят руки мне, ай больно мне,

А назад бы я не смог, перепутье трех дорог,

Жизнь, смерть, муки, а какая по судьбе.

Первую я выбрал сходу, преградил старик дорогу,

Показал жизнь, что я прожил, показал,

Что за ней? Сплошные беды, а в другой я шкуре не был,

Бурлаком родился, старче, весь базар.

А я цепи разорву, на струны новые пойдут,

И песню лучшую свою про любовь, добро спою,

Выбирай не выбирай, только вот не пустят в рай,

А в аду я был частенько, он здесь давно.

Заблудился в трех соснах, на гитарных на ладах,

Струны пальцы режут мне, ай больно мне,

Эх, забыться б и уйти, но меня им не найти,

Ни следов, ни веры, пришла карта в цвет.

Оглянулся кто такой? Ну, а сзади, глядь – конвой,

На острог меня ведут, не доведут,

На лбу выжжено что ВОР, для семьи, друзей – позор,

И пожизненно мне каторжанский путь.