Иван и Камински. Повесть

Все поблагодарили Терезу за праздничный завтрак и вышли из-за стола, взяв свои тарелки и другую посуду.

* * *

– Почему я всегда так обжираюсь за завтраком? – задался вопросом Иван, развалившись на диванчике в зимнем саду. – Причем только у Терезы.

– Она всегда такой была. Завтраки любит больше всего и не готова себя ограничивать, – объяснила Лиза и села на диван, отодвинув ноги Ивана в сторону.

– Да это понятно, но я-то сам могу себя ограничивать.

– Это иллюзия. Когда стоишь перед соблазном вот так напрямую, один на один, – ты и слабосоленый лосось с укропом или мясной салатик с самодельным майонезом из деревенских яиц и разливного оливкового масла из греческого магазинчика напротив, то выбор дается нелегко.

– Да уж, я вчера в журнале прочитал, что люди сегодня вообще от еды больше удовольствия получают, чем от секса. Особенно в Японии.

– Но мы же не в Японии, – заметила Лиза, посмотрев Ивану в глаза. – Меня вот больше наше больное общество беспокоит. Потребительское, я имею в виду.

– Но мы его сами себе и придумали. На нем вся экономика западная держится. Я так напрямую благодаря ему живу со своим рекламным агентством. Да и ты тоже, да и вообще все. По-другому нельзя.

– Вот это меня и пугает! Это ведь замкнутый круг получается: ты ходишь на работу, чтобы заработать деньги. На них покупаешь все больше вещей, которые тебе, строго говоря, и не нужны: шмотки каждые два месяца, новый айфон каждый год и тому подобное. И получается, что ты не деньгами за них расплачиваешься, а своим временем, а значит, жизнью.

– И все это за то, что тебе и не особо-то нужно, – поддержал Иван, глядя на небо через стеклянную крышу зимнего сада.

– И единственное, что нельзя купить за деньги, – это время, – подытожила Лиза.

– Хм. Но деньги могут сделать тебя свободнее, – продолжил Иван и добавил через короткую паузу: – Если разумно к ним относиться.

– Но ведь таких разумных – меньшинство! – воскликнула Лиза. – Знаешь, какая у меня мечта? – Лиза снова посмотрела Ивану в глаза.

– И что же тебе мешает?

– Не знаю. Такими вещами, наверное, лет в двадцать занимаются, – усмехнулась Лиза.