За тех кто в море…

Женя была рада встрече: расставание предстояло на долгий срок, так как после свадьбы Люба должна была уехать вместе с Олегом к его первому месту службы. Подружки сразу же отправились в кухню.

Любаша вызвалась помочь Женьке и предложила приготовить бутерброды. Увлёкшись разговором, она неистово крошила колбасу, возмущённо размахивая ножом перед носом подруги, сидящей за кухонным столом.

– Жень, ну ты подумай, что за жизнь такая подлая? Почему в ней всё происходит как будто назло? Чего не хочешь, то случается тут же с лёгкостью.

Женька испуганно моргала, глядя на неё.

– Любаша, я просила только бутерброды с колбасой, а ты, похоже, оливье собралась строгать?

– Ой, извини, увлеклась, сейчас исправлю.

Люба положила пластинки докторской колбасы на нарезку батона, сверху водрузила сыр и всё это отправила в микроволновую печь. Через минуту горячие бутерброды и ароматный чай красовались на столе, будоража и без того отменный аппетит беременной Женьки.

И Люба принялась рассказывать, что братья Смирновы поедут вместе служить в город Калининград, и далеко не факт, что они попадут на один корабль. Но до отъезда им захотелось срочно жениться, тем более что невесты у них уже имелись.

– Вы свидетелей уже выбрали? – поинтересовалась Женя.

– Ну да. Олег с Сергеем кого-то там из своих друзей уговорили.

– В моём положении только по свадьбам разгуливать.

– Ничего, – подбодрила она Женю, – я ещё на твоей свадьбе погуляю, обещаю!

– Поживём – увидим, – согласилась та. – Ты почему родителям до сих пор ничего не сказала?

– Ты же знаешь, – вздохнула Люба, – квартирный вопрос: они не захотят, чтобы я из их квартиры выписывалась.

– Любаша, я говорила с отцом насчёт этого. Он обещал подумать, как можно выйти из этой ситуации.

– Здорово! Что же ты молчала до сих пор? А я тут ругаюсь, сетую на судьбу.

– Я думала, что уже всё решено, – дёрнула плечиком Женька.

– Ха, если Павел Евгеньевич разговаривал с моим отцом, то выходит, что мои родители не очень удивятся новости о предстоящей свадьбе?

– Думаю, не очень, – небрежно бросила Женя.

– Ах ты, хитрюга, – Люба обняла Женьку сзади за плечи. – Ты, оказывается, ещё тот Штирлиц.