Глаза цвета твоих. Сборник миниатюр

Девочки в тряпочках, голые, беззащитные – они уйдут с мальчиками, трусливыми, слабыми.

Я уйду с тобой. Насколько я – Женщина, настолько и ты – Мужчина.

В мыслях нет плана, лишь зацепки на будущую ночь. Самую незабываемую ночь в твоей жизни.

Поторопись, чего же ты медлишь, уйдем же. Скоро наступит утро. Скоро меня не будет.

Хочу в Альпы

Солнце – сильное, безграничное. Ветер стеной, упругий, воет хрипло на склоне.

Я верю только себе, тело сильное, гибкое. Зрачки за стеклами плотных очков – с кончик иглы.

Здесь нет духоты кабинетов и мягкой пыли подушек, хронического тоннельного синдрома – лишь бархатная сладость нового снега, выбранные маршруты и трассы, румянец пятнами на щеках, крепчайший сон до утра после горячего вечернего душа.

Снег поглощает все и выплевывает снежинки прямо в лицо…

Привыкшая к холоду, я не сразу согреваюсь у каминного огня. Снимаю шарф, открываю белую шею.

Мне подносят широкий бокал с жарким напитком, я благодарно улыбаюсь. Как же хорошо здесь, в маленькой комнате, полной теплом до самого потолка.

Выдох – расслабление. Сигариллы здесь вкусные. Вива ла Куба.

Сладок мне вкус дольчевиты – знойная мякоть ломтиков апельсина на дубовом столе, тарелка – Веджвуд, всё только самое лучшее.

Толк в хороших вещах я знаю, этот фарфор даже лучше лиможского.

Насмехаются надо мною часы, ночь еще не пришла.

Вечер будет длится столько, сколько горит шальной огонь в высоком камине, и не гаснет моя сигара, и напиток мой не остынет до утра.

Лицо Бога

Через зеркальный космос я выбрасываю вперед руку и касаюсь лица Бога.

У Бога – золотые скулы, гладкие словно опалы. Бог разрезает чужие сны красками тропических ветров.

Глаза его искрятся льдами Арктики, чистые, прохладные. Бог живет в черничных пещерах, гладит по открытым макушкам недвижных Самадхи, вдыхая капли жизни в их ржавеющие суставы.

Каждое слово Бога множится игривыми солнечными зайчиками, тугими песчинками на берегах вечных океанов.

В начале было слово…

Меня спрашивали о том, кто его сказал. И что это было за слово. А я молчала, размышляла – кто же услышал его. Существует ли звук, который никто не слышит?

Бог на золотых пуантах медленно движется в полной тишине по мрамору времен. Не слыша молитв, не слыша музыки людей.

Аскеза тишины приближает к согласию времени и неба.

Есть ли уши у Бога?

Я люблю жить

Подарки – каждый миг.