Тропинка в дивный сад

И я вроде та же – и вовсе не та же

В любую минуту, секунду, мгновенье.

А Бог милосердный, конечно, подскажет,

Что надо душе для ее возрожденья.

«От спеси, от гордыни – от пороков…»

От спеси, от гордыни – от пороков —

Не убежать нам в первозданный лес.

В отечестве не может быть пророков,

А вот пороки щедро дарит бес.

Быть может, наши души обветшали,

И мы, еще не осознав того,

Покрылись злобой, как железо ржавью,

И клич забыв: «Распни! Распни Его!»,

Смиренно лжем и ложно обвиняем,

Смиренно просим сыра пожирней,

Смиренно бьем, смиренно отнимаем

У ближнего тарелку постных щей.

Испив из чаши гнева и печали,

Все дальше мы от праведных небес.

А сердце – сердце, словно в день начала,

Все ожидает сказок и чудес.

«Я верую, я знаю, я дышу…»

Я верую, я знаю, я дышу,

Когда слова в простой узор вяжу.

Так – в казино картежнику игра,

Так – наркоману колкая игла,

Так – двум влюбленным жаркая кровать,

Так мне – очей бессонных не смыкать

До петухов – от ночи до утра,

Держа на остром кончике пера

Все чувства, весь рассудок, весь азарт;

И жизнь тасуя, как колоду карт, —

Искать в ошибках – сладость, в счастье – боль,

И раны растравлять, и сыпать соль,

И слезы лить, и сеять звонкий смех,

И нежность разделить – одну на всех,

И, спрятав сердце, душу растворить,

И все сказать, и тайну не открыть,

И за семью замками до конца

Стеречь огонь поэта и творца.

Когда мечтаю и когда пишу,

Я – бог, я – бес, я – балаганный шут.

«Это так неизбито…»

Это так неизбито:

Затменье, зачатье, рожденье.

Из души или быта

Является стихотворенье?

Иль на сердце внезапно

Небесная падает влага?..

Отчего вдруг – без залпа —

Стреляет и жжется бумага?

Не узнать нипочем:

Как, откуда слетаются строчки,

Озаряя огнем

Беспокойные темные ночки.

Только это старо,

Словно космоса тайное знанье.

И выводит перо

То, чему не отыщешь названье…

«Как смертнику – воли, голодному – хлеба…»

Как смертнику – воли, голодному – хлеба,

Так мне не хватает огромного неба,

Так мне не хватает размашистых крыльев,

Бескрайнего поля и ветреной силы.

Как моется лапкой котенок спросонок,

Так я очищаюсь —

незнаньем законов.

Сметая приличья, взлетаю —

и снова

Держусь отрицаньем

запретного слова.