В координатах мифа

На поющем Востоке из чаш вырастают цветы, и на сакуре

дивное диво поет по весне, и из древних истоков течет по

предгорьям крутым Беловодье бурливое к солнцу до крови

краснеть;

и мечты зарождаются там, и возможен полет, и не хочется

думать о том, чего может не быть и не может не быть…

А хрустальный нетронутый лед так похож на звезду

опрокинутой ступы Судьбы. Мы толчем и толкуем, но толку

пока не видать, эта скучная сказка без смысла, как день без

конца.

льда, приставляем мы маску, скрывая личину лица.

На высоком Востоке души, где вибрации мантр резонируют

с сердцем, живет и всевластвует Бог. Нервом, ниточкой

тонкой пришит Он к карману ума и за тридцать сестерциев

в церкви торгует собой.

…потому что так легче серьезному Западу рук.

…потому что так проще жить в зависти Югу ветров.

…потому что так лечит доверчивый Север хандру.

Бог Адамову рощу срубил им под кров и для дров.

…чтобы стало теплее душе.

Потому-то

На пуховой на постели облаков

в полудреме пьют парное молоко

из разлившегося Млечного Пути

двое странников, которых Бог простил.

Ножки свесив, улыбаются-молчат,

греют крылья в ярких солнечных лучах.

То ли облачность пернатая легла,

то ли радость их с печалью пополам,

но куда по облакам они пойдут,

взявшись за руки у мира на виду,

непонятно им самим, а в облаках

им друг с другом очень нравится пока.

На закате в небесах царит покой,

на пуховой на постели облаков

двух заблудших по головкам гладит Бог,

потому-то мы и счастливы с тобой.

Бабочки

Бабочки друг с другом в одуванчиках

по весне на солнышке любились

и с нектаром желтые стаканчики

залпом осушали в изобилии.

Без ума любились, безоглядные,

бабочки – всей жизни двое суток —

без задумок: хорошо ли, надо ли,

без боязни сплетен-пересудов.

Солнышко светило в небе ясное,

май пришел, и травка зеленела,

бабочки друг с другом были счастливы.

Кто на ком?

Кому какое дело.

Просто вместо овечек.