В координатах мифа

© Окс Ирина, 2016

А все, до цитаты, достанется нищим…

А небо некстати в ночи голубеет,

и бездну вбирают глаза глубиной;

а жизнь на Земле несравнимо грубее,

но небо в стихах остается со мной…

И бьются поэтские души босые

о камни житейских сует и невзгод,

и каждый поэт в своем слове мессия,

и каждый поэт в этом мире изгой;

и те, кто сейчас не поймут и освищут,

за гробом слезами омоют венки,

а все, до цитаты, достанется нищим,

что вслед усмехнутся: «Отбросил коньки».

Мы все улетим. Но останется Слово

иконами в храме на нашей крови…

А с неба, некстати в ночи голубого,

осыплются звездами строки любви.

Мое Ангелическое, очередное

Мы шли уготованным ранее чьим-то путем, мы ведали

Солнце и море по тысяче раз и так умирали, не зная, на

что мы идем, и с нами измором ушли пять замученных рас.

Когда мы вернулись, увидели небо в крови, когда мы

вернулись, нас жаждали, ждали и жгли,

и мумии улиц дорогами дней перевив, армады горгулий

уснули в церковной пыли.

Тиары и мантии саваном падают в грязь, икон благооких

за окнами снова не счесть, а мир, от ума не горюя,

сгорает от дрязг, и Солнце упало с Востока…

И мы уже здесь.

Кто с нами пойдет, мы не знаем, не видя живых,

а мертвые очи способны полнеба убить! Мы плачем

дождем, если душами плачете вы, но вряд ли сквозь сон

вы упьетесь лишь кровью рябин.

Мы ваши потомки, убитые вами давно, и общая

ненависть наша должна умереть, как крыса в потемках,

оставшись гуано в земном, которое мы еще вспашем

на зимней заре.

суд, сдирая кресты с перепачканных кровью гробов,

пусть наши друзья и враги общий крест понесут, гремя

черепами погибших за слово «Любовь».

Когда его вспомнят.

Буколическое

На высоких отрогах серьезного Запада рук, там,

где ходят стадами волы и коровы мыча, мы идем

по дорогам, их камни ругая к утру, и приносим

страданье туда, где надежный причал.

А еще мы привозим надежды без веры в любовь,

а еще в наших стойлах в солому заныкана соль, и

запретную нежность мы дарим, идя на убой, а до

этого стонем и ломом вбиваемся в сон…

На высоких отрогах, где мысли стремятся в Тибет, нам

с шерстистыми яками тесно – до них далеко,

и тропою пологой спешат избавляться от бед те, кто

истину маковым соком дольет в молоко.