Русские буквы. Стихи

Я отображаюсь в мониторе,

Даже если выключить его,

А еще в далёком синем море —

Океане детства моего.

Я отображаюсь в Чёрной речке,

У Рубцова в тотьменском пруду,

Я отображаюсь в слове «вечность»,

Что мальчишкой выложил на льду.

И в стране я той отображаюсь,

Где сошёлся клином белый свет,

Пусть не каждый год там урожаи,

Или вовсе урожаев нет.

Я отображаюсь, не тревожься,

Даже если будет чёрный день —

Зеркала закроют – это ложь всё,

Просто я ушёл на время в тень!

А когда больничный оператор

Сердце мне массируя рукой,

И разряд добавив многократно,

До свиданья, скажет, дорогой!

За твоею встану я спиною

В миг, когда компьютер не горит,

И тогда ты спросишь, что со мною,

Почему такой усталый вид?

Послание Ахматовой из Ташкента

Мы знаем, что ныне лежит на весах…

Анна Ахматова,

1942 год, Ташкент

Услышал когда поэтессы слова

Про русскую речь и про слово,

Решил грешным делом, что помнит вдова

Один из стихов Гумилева.

Про мужество может сказать она что —

Простая дворянская баба,

Давно растеряла своих мужиков

На всех Соловецких ухабах.

Но мужество, кованое в лагерях,

К войне было тоже готово,

И зеки с пехотой пошли на паях

Спасать свое русское слово.

Мы с зеками будем, с казахами пусть,

Что здесь воевали сурово,

С Ташкента ведь помним мы все наизусть

Стихи про великое слово.

И пусть гастарбайтеры чистят бульвар,

Но знаю я: доля не минет,

Когда над Россией начнется пожар,

То мужество их не покинет.

А этих нацистов в Московском метро

Отвел бы на Волокаламку,

Где тридцать казахов, прищурясь хитро

Разделались с сотнею танков.

Пускай он по-русски сейчас ни бум-бум,

Но русского он не стыдится,

Про хлопок не знает нацист-тугодум,

Идет что на русские ситцы.

Служил вместе с азией в армии я,

В стройбате мы все – азиаты,

Но где-то какая-то, слышу, свинья

Узбека лишила зарплаты,

Лишили – меня! Но попали впросак,

И все потому что я – с ними!

Час мужества пробил на общих часах,

И мужество нас не покинет!

Будьте прохожими!

«Будьте прохожими!»

Евангелие от Фомы

Фома, возможно, и не понял что-то,

Но «быть прохожим» – мало кто поймёт,

Хоть приняли его за идиота,

Но не такой он, видно, идиот.

Идут татары, турки или немцы,

Теперь уже кричат: «Идут хохлы!»

Для них мы тоже стали иноземцы,

Поэтому они, наверно, злы.