Русские буквы. Стихи

А вчера я за водкой с приятелем шёл в магазин

И мечтал лакернуть её пивом с сушеною воблой,

Но приятель убит, и один я шагаю в Берлин,

Потому что война, и я знаю, что чудище обло[1 - «Чудище обло, озорно, огромно, стозевно илаяй» – эпиграф к «Путешествию изПетербурга в Москву» Радищева, взятый всвою очередь из поэмы Тредиаковского].

Сам, быть может, не знал, только мне подсказал политрук,

Что огромно оно, а ещё и озорно, и лаяй,

И к тому же стозевно – ну как не отбиться от рук,

Но покончим мы с ним ранним утром 9 мая!

А они по-другому шагали всегда на восток:

С истерическим смехом, с дурацкой губною гармошкой,

И хотя утверждали, что с ними присутствует Бог,

Только им почему-то всегда не хватало немножко.

Бог – он с нами как раз, и он тоже идёт на Берлин,

В краснозвёздной пилотке колонну ведет атеистов,

Если танки пройдут между противотанковых мин,

Значит, что-то в Европе и в этом Берлине нечисто.

Мы и сами уйдём

Мы уходим, простите, последние люди эпохи,

Где совком еще не был любимый Советский Союз,

Под Славянском мы ловим последние пули на вдохе,

И на нас изумленно спасенный глядит карапуз.

Мы последние сделаны из перекованной стали

Танков, что в переплавку свезли из-под Курской дуги,

Мы последними брали отцовские в руки медали,

Потому и предать никого никогда не могли.

Нас убьют, как когда-то убили тех рыцарей белых,

Что Россию запомнили чистой, прекрасной страной,

Мы и сами уйдем, потому что нам всё надоело,

Нас не нужно жалеть, как поют у нас в песне одной.

Мы простые ребята, афганцы и бамовцы тоже,

Комсомольцы, конечно, хоть это сегодня смешно,

Но ведь это не повод сдирать с нас живых ещё кожу,

И без воздуха в лодке спускать нас на самое дно.

Мы готовы на смерть, мы воспитаны нашей Победой,

Для себя не искали каких-то особенных благ,

Мы изведали то, чего вам никогда не изведать,

Когда в детстве мальчишки берут ежедневно рейхстаг.

Это в нас воспитало какую-то страшную веру,

Этой веры боятся, смотрю, на планете кругом,

Потому выставляют посмешищем и изувером,

Ну а нам наплевать, и насмешки мы переживём.

Только страх перед нами вы как-нибудь переживите,

Потерпите недолго, мы скоро и сами уйдём,

Мы оставим немного вам метров своих общежитий,

И ладони, пробитые пулей, как будто гвоздём.