О своем непознанном. Рассказы

Мать пробилась к одному из московских учителей, которые всегда были в густой толпе учеников, и показала ему альбом дочки с зарисованными знаками, шифрами, чтобы узнать, что это такое и что делать со всем этим.

– Для вашего ребенка это естественно, ведь она у вас одаренная.

– Что значит одаренная? В каком плане одаренная?

Он повернулся и сказал:

– Ваша дочка – это ваше счастье, только очень трудное. У нее открыт космический канал.

– Что? Какой канал? – мать была в растерянности. Еще космических проблем им в семье не хватало, но она не отставала от учителя.

Она понимала, что никто больше им не ответит на этот вопрос, поэтому держала его мертвой хваткой за рукав.

Он должен был ответить на вопрос, как им дальше жить со всем этим грузом, свалившимся на голову. Учитель сдался и уделил матери пару минут.

Он тыкал пальцем в знаки и пояснял, что они значат. По поводу повторяющихся знаков он объяснил, что это имя ее дочки в космосе. Заниматься ею не стал, маленькая еще. Мать в панике рассматривала записанные непонятные символы и думала, что это еще одна новая проблема.

На некоторое время все успокоились, но длилось это недолго, напряжение продолжало нарастать.

Перед ними открывался совершенно другой мир и неведомое жизненное пространство.

Во дворе дети, чувствуя, что девочка не такая, как все (она была как бы внутри себя), вели по отношению к ней очень жестокие игры. Обижали, сторонились ее, смеялись над ней, и матери постоянно приходилось ходить и разбираться с разными конфликтами, пытаясь наладить отношения между детьми.

Впоследствии им объяснили, что вакуум, в котором находится ребенок, свидетельствует только о его одаренности. Но это было потом, а тогда они еще этого не знали.

Эльге приходилось очень трудно и в школе, и во дворе. В те времена в школах стали проводить реорганизации. Модные, стильные для того времени девушки учителя с умным видом отбирали детей, как им казалось, с высоким ай-кью в отдельные классы и проводили там занятия для местных вундеркиндов по особой программе.

Остальных, так называемых середнячков, отделяли в другие классы с более простой программой, чтобы они не мешали своей серостью обучению избранных. Перед этим среди родителей проводился опрос, согласны ли они на такую реорганизацию. Почти все были против, но модное тогда нововведение имело место быть, правда, ничем оно так и не закончилось. Все опять через некоторое время стали учиться вместе, но психологическую травму детям это нанесло.