У Большой и Малой речек. Песни, принесенные ветром Заволжья

Где увидел густую дубраву,

Где услышал лисицы свист?

Ведь не суслик она, право,

Все равно, что ты тракторист.

А как было бы это клёво,

И немалая польза была,

Вижу, ручку берешь снова —

И слова, и слова, и слова…,

Если снова о крае, щелкну

Точно в твой широченный лоб,

Да, и сам скоро замолкну,

Не пресытились люди чтоб.

Повторения есть, вижу,

Хоть пишу только правду одну,

Для меня нет земли ближе,

Чем степное Заволжье, клянусь.

Ко мне явился Сатана

То было вечером поздним,

Уже взошла на свод луна,

Откуда-то из преисподней

Ко мне явился Сатана.

На первый взгляд совсем обычный,

Напоминающий козла,

Быть может самый симпатичный

В подземном царстве тьмы и зла.

Давно такого не бывало,

Чтоб к человеку – Дьявол сам,

Пусть и внезапно из подвала

Поднялся, просто чудеса.

Он говорит мне: всё, достали,

Бандиты слева, справа вор,

В аду от вас уже устали,

Там вас двукратный перебор.

Когда берете вы чужое,

Не страшен вам ни черт, ни Бог,

Пойдем-ка, сходим в ад со мною,

Чтобы воочию ты смог

Увидеть, как сейчас пируют

В кавычках те, кто воровал.

А почему тебя беру я?

Ты кодекс Дьявола читал

И изучал Христа заветы,

А главное, сохранил

Частицы совести, за это,

Прежде всего, и выбран был.

Надеюсь, позже ты расскажешь

Другим о том, что видел сам,

И близких можешь встретить даже,

Не возражай, их много там.

Со стороны, во всем пригожий,

Рубаха парень, весельчак,

А бросишь на весы, похоже

И к нам ему нельзя никак.

Грехов мешок – гирь не хватает,

После него – лишь слезы лить,

Поэтому пора, считаю,

В аду десятый круг открыть.

А по-хорошему бы надо

Такое что-нибудь создать,

Чтоб ваше воровское стадо

Там скопом уничтожать.

Прости, немного возбудился,

Хоть Сатана, но злость берет,

Ад полон. Словно бы взбесился

Когда-то добрый ваш народ…

Пусть все твое услышат слово,

Возможно, поумерят пыл,

Не нужно нам такого лова,

Ведь в Преисподней нет могил.

И вот мы под землею где-то,

Огонь и крик со всех сторон,

Мрак, недостаточно света,

Непрекращающийся стон.

Шагаю вместе с Сатаною

Степенно и не спеша,

В котле, кипящем предо мною,

Вдруг, Колымовича душа

Взлетела и вопит истошно:

– Ты черту подскажи, пиит,

Что воровал я не нарочно

И в детстве не всегда был сыт.