Блатной король. Колючая лирика

На вокзалах чума, один русский народ,

Копы ихи отвязаны, буду…

И на кичу ведет, мент нахрапом берет,

А я пуганый, я не забуду….

Господа это все вам не лажа,

Вы кидаете все на продажу,

Обложил данью вас, не забил, не забыл,

Я залетный с Москвы рэкетир.

Здесь иные дела, здесь иная система,

Шалавы при формах и берут все что есть,

А пощупать за что, американское тело,

Лишь плати если «мозель» или даже не лезь.

Заболела душа, заболел я душой,

За кордоны рвану косить зелень,

А в совке что голяк?? Это ж не хорошо,

Говорят хорошо, если при деле.

    1999 год осень

Судьба-Барак

Вот такие дела, кореша,

Как попался за чужие рубли,

Да сосватали меня опера,

На статейку, на статью развели.

И отправили в топи болот,

Исправляться посильным трудом,

На пять лет то всего, без хлопот,

Но и это мы переживем.

И занесла нас даль таёжная,

Богом забытая земля

Кому лихая и острожная,

Судьба-Барак не для меня.

Вот такие дела, кореша,

Ни письма от нее, ни строки,

Может быть к другому ушла,

Пятерик ждать нету сил.

Да пускай погуляет, чуток,

Шалости оставим мы на потом,

А опомниться так, кончиться срок,

Ну, а это мы переживем!

И занесла нас даль таёжная,

Богом забытая земля

Кому лихая и острожная,

Судьба-Барак не для меня.

Вот такие дела, кореша,

Как попал за чужие рубли,

Да сосватали меня опера,

На статейку, на статью развели!

Пролетит, не воротиться срок,

Те года назад не вернешь,

Только не забыть жизни урок,

Но и это мы переживем!

    04.

Шубка

Шубка под белую мышь, сапожки, высокий каблук,

Парфюм дорогой, Париж, влажность нежных губ.

Бокал мартини нальешь, розы не радуют взгляд,

Ты меня больше не ждешь, тебя я прощаю любя.

И это терпкое вино, в бокале не допито,

Вся выплакана боль, осколки чужих слов,

Остались в тишине, и в прошлом позабытом,

Скатилась слеза, ну, вот и вся любовь.

Шубка под белую мышь, ты, стоишь, за окном,

Ветер что выше крыш, опять репетирует шмон.

Адский ментол на губах, и пустота в душе,

Ненависть в синих глазах, стали чужими уже.

И это терпкое вино, в бокале не допито,

Вся выплакана боль, осколки чужих слов,

Остались в тишине, и в прошлом позабытом,

Скатилась слеза, ну, вот и вся любовь.

Шубка под белую мышь, теперь так далеко,

У нас было счастье малыш, но я разрушил его.