Сквозь призму права. Судебные очерки, статьи, эссе

Парни и девчонки, сбившись в кружок на переменках, чуть ли не каждый день возвращались к истории, связанной с без вести пропавшим. И их больше всего интересовало не то, что случилось с Сергеем, а то, как все произошло, детали, подробности, всякие там мелочи.

Если судить по материалам уголовного дела, с которым я внимательно познакомился, нельзя сказать, что тагильские сыщики носом рыли землю, чтобы найти пропавшего. Трудно поверить в это: без малого тридцать подростков-одноклассников знали, где находится Сергей и не шибко молчали об этом, а вот милиция никак не могла выйти на них, с ног сбилась, а до мальчишек дойти так и не смогла.

Вернемся в то время, когда еще не исчез Сергей, и когда его мать еще и не предполагала всего того, что позднее произойдет.

Между восьмиклассниками Сазоновым и Чухловым, видимо, отношения были не из лучших. Сазонов потом скажет, что Чухлов его оскорбил. Именно оскорбление послужило поводом. Сам он, судя по всему, был из разряда трусливых и на самостоятельные действия был не готов и не приспособлен.

В начале ноября Сазонов подошел к своему однокласснику Кочергину, вокруг которого кружила слава парня, готового буквально на все. И между ними произошел примерно такой диалог.

Сазонов:

– Слушай, надоел мне «Серый».

Кочергин:

– Ну и что? Врежь ему, как следует

Сазонов:

– Нет, я не могу.

Кочергин:

– Трусишь? Тогда – терпи.

Сазонов:

– А что, если ты это сделаешь?

Кочергин:

– Я? С какой стати? Он мне не мешает.

Сазонов:

– Будь другом, сделай, а?

Кочергин:

– Что сделать-то? Побить, что ли?

Сазонов:

– Да, нет.

Кочергин:

– Чего же ты хочешь?

Сазонов:

– Я хочу, чтобы ты убил его.

Кочергин:

– Я? Убить? Нет, это уж ты сам…

Сазонов:

– Убей, а я заплачу.

Кочергин:

– Сколько?

Сазонов:

– Пять тысяч.

Кочергин:

– Ну, это другое дело. Но ты смотри, – предупредил он, – если обманешь…

Сазонов:

– Что ты, что ты! Как сделаешь, так и получишь.

Так две договаривающиеся стороны пришли к соглашению – один делает дело, а другой оплачивает. Оставалось лишь разработать план убийства.

Кочергин, надо думать, большим умом, широкими познаниями и эрудицией не блистал. Я видел одну бумагу, написанную им. Свою бумагу он назвал: «Евко спавеной». Что, перевод нужен? Но это же написано русским мальчишкой, который уже учился в восьмом классе.